Книга Зачарованная река, страница 72 – Ребекка Росс

Грэм молчал, ожидая. Он отпустил ее ладонь, когда она сделала шаг в глубь вересковых зарослей.

Солнце уже взошло, над землей стелился туман, в тени продолжала петь птица.

Сидра упала на колени.

Голос ее дрогнул, когда она произнесла его имя, обращаясь к южному ветру.

– Торин…

Адайра стояла в своей спальне перед окном, любуясь восходом солнца. Ее волосы все еще были влажными от морской воды, а кожа на пальцах сморщилась от того, что она вместе с Джеком бороздила волны. На ней был лишь халат, и девушка поежилась под мягкой тканью, вспомнив, как духи смотрели на нее, словно голодные.

Наследница отвернулась от своего отражения в стекле и пошла к очагу, раздеваясь по пути. Там ее ждала ванна. Она вошла в чуть теплую воду, но это ее не смутило. Иногда ей хотелось ледяных объятий зимы.

Устроившись поудобнее в медной ванне, девушка наблюдала, как вокруг нее образуется рябь. Адайра думала о том, что сказали ей духи, и вспоминала, как голос Джека сливался с музыкой, написанной ее матерью много лет назад.

В груди защемило, и девушка сама не знала, было ли это от печали, вызванной возрождением музыки Лорны, или от разочарования. Наследница верила, что духи моря помогут ей отыскать девочек. Она надеялась положить конец этому безумию и страданиям от потери детей.

Но правда заключалась в том, что она ни на шаг не приблизилась к разгадке тайны. На самом деле ее разум только еще больше запутался.

Она закрыла лицо руками, в изнеможении прижав кончики пальцев к глазам.

«Это она», – шептали жители приливов и отливов. Даже сейчас их голоса эхом отдавались в ее мыслях.

«Нет,–должна была сказать им Адайра, – нет, я совсем не похожа на свою мать».

«Остерегайся крови в воде, смертная женщина».

Девушка опустила руки и открыла глаза, глядя на обволакивающую ее воду. Она снова подумала о Джеке, о том, как он последовал за ней, несмотря на свой страх перед ночным морем. Он выглядел таким сердитым, когда вынырнул, что напомнил Адайре кота, которого окунули в бочку с дождевой водой. Но чем дольше он смотрел на нее, тем довольнее выглядел, словно наконец вспомнил, кто он есть и что он был рожден на острове. И Адайра в тот момент сделала самое нелепое – она рассмеялась, и внутри у нее словно взлетели птицы.

Она смотрела на свое дрожащее отражение в воде и размышляла, что нужно сделать, чтобы вызвать смех у такого серьезного человека, как Джек Тамерлейн.

— Хватит, – прошептала Адайра, потянувшись за губкой и мылом. Девушка принялась тереть кожу, но это не избавило ее от воспоминаний, которые она хотела держать подальше.

Последний раз она плавала в водах острова вместе с Кэлланом Крейгом несколько лет назад. Ей было восемнадцать, и она искала, чем бы заполнить свое одиночество. Это острое, бесконечное одиночество усилилось после скоропостижной кончины ее матери, и девушка нашла утешение в Кэллане.

Она была влюблена в него и провела с ним много часов, тренируясь в искусстве боя на территории замка, катаясь верхом по холмам, нежась в простынях. Адайра поморщилась, вспомнив, какой наивной она была, какой восторженной и доверчивой. После того как их отношения закончились, она надеялась, что время притупит душевную боль, но боль то и дело давала о себе знать, как старая рана в непогоду.