Книга Песнь Перна, страница 160 – Энн Маккефри

Красотка вопросительно чирикнула и перепорхнула с полки на плечо Менолли. Закрытое помещение ее не угнетало, но она остро ощущала приближение Нитей – стройное тельце вытянулось в струнку, глаза безостановочно вращались.

Вскоре лязг, грохот, крики и топот стихли. Менолли услышала на лестнице приближающиеся мужские голоса – возвращались Домек с подмастерьями.

— Понимаю, что левая ладонь у тебя еще недостаточно растянута, чтобы взять октаву, – обратился Домек к Менолли, как будто продолжая разговор со своими молодыми спутниками, – и все же скажи, как далеко вы с Петироном продвинулись в игре на арфе?

— У него была маленькая педальная арфа, мой господин, но, поскольку мы не всегда могли достать струны, я научилась только…

— Импровизировать? – подсказал Сибелл, протягивая ей свою арфу.

Девочка поблагодарила его и учтиво предложила взамен свою гитару, которую он принял с вежливым поклоном.

Порывшись в нотах, Домек извлек еще одну партитуру. Она оказалась изрядно выцветшей и потертой, кое-где украшенной пятнами, но, по словам мастера, еще вполне удобочитаемой.

Менолли ощупала свои пальцы. Она давно не упражнялась, и мозоли от струн успели сойти, так что волдырей не избежать, ну да ничего… Девочка взглянула на Домека и, получив разрешение, начала арпеджио.

Что за удовольствие играть на Сибелловой арфе! Как певуче переливается ее голос, усиленный деревянным корпусом… Чтобы взять октаву, приходилось неловко передвигать пальцы, и, хотя болезненный шрам не раз заставлял девочку морщиться, очень скоро музыка так захватила ее, что она забыла обо всем на свете. Только к самому финалу Менолли с удивлением заметила, что остальные играют вместе с ней.

— Я не совсем поняла, акцентирована ли главная септима в медленной части? – спросила она. – По нотам не видно.

— Это еще надо подумать, – изрек Домек и, решительно отобрав у Менолли арфу, вернул ее Сибеллу. – С арфой тебе придется подождать до лучших времен, а на сегодня хватит.

Он повернул ее левую руку ладонью кверху, чтобы показать шрам, который слегка разошелся и заметно кровоточил.

— Но… – попыталась возразить девочка.

— Но, – мягче, чем обычно, перебил ее Домек, – уже подошло время обеда. Время от времени, Менолли, все мы должны подкреплять свои силы.

Все трое смотрели на нее и улыбались, и, осмелев от атмосферы взаимопонимания, которая возникла за время совместного музицирования, Менолли робко улыбнулась в ответ. Теперь и она почувствовала аромат жареного мяса и поняла, что страшно голодна. Ведь за завтраком у Данки, где все сверлили ее недоброжелательными взглядами, у нее кусок не лез в горло.

Мысль о том, что ей снова придется сидеть рядом с девочками, слегка подпортила удовольствие от плодотворной утренней работы. Но это был пустяк по сравнению с полученным наслаждением.

К ее удивлению, девочек за столом не оказалось. Огромные металлические двери были заперты, все окна закрыты ставнями, а столовая, неярко освещенная лишь центральным и угловыми светильниками, выглядела как никогда уютной.

Все уже сидели на своих местах. Окинув зал беглым взглядом, Менолли не увидела за круглым столом мастера Робинтона. Зато там был мастер Моршал, который недовольно глядел на нее до тех пор, пока Домек, отодвигая свой стул, не отослал девочку. Сибелл и Талмор, нимало не смущаясь своего опоздания, направились к овальному столу, где сидели подмастерья. Однако Менолли, неловко пробираясь к своему столу и глядя в пол, острее, чем когда-либо, ощущала взгляды окружающих.