Онлайн книга «Первый сезон»
|
"Тореллинг — залог союза стихий! Его жар, это язычки Огненного круга, его холод — серебряная луна…" А красиво звучит, если со стороны послушать! Спаси и помоги Боже, как мне людям в глаза смотреть, когда снова поднимется солнце? Крон говорит, и вижу всё, как тогда… неужели и они тоже?[3] Малышка ахнула, когда Дик в истории шагнул в Огненный круг, и покрепче прижалась к Ларте. Глаза Рагонды широко раскрылись, в них отражалось пламя. И настоящий Дик вздрогнул, чувствуя, что снова проваливается сквозь землю. "Во всех смыслах", — как говорил Крон. Он видел перед глазами стену пламени, точно такого же, как в Огненном круге и не мог дождаться конца истории… и не хотел, чтобы она закончилась. Вот и Келлерлиса сидит печально в своем саду и роняет слезы, на потускневшее лезвие, зная, что Дика нет больше среди живых. А он появляется в проеме стены, снисходительно говоря крестной: "Не плачь. Ты не знала". "Знала", — эхом отвечает она, не щадя себя. И меч снова обретает живой серебряный блеск, и они пьют чай на веранде… — "в точности, как мы сейчас", — и считают будущих драконов… И Келлерлиса, если даже знает, снова не говорит, что следующий, третий дракон, похожий на мерзкую пятнистую жабу, принесет Дику новую смерть и гораздо более страшную, чем в огне. А он этого в самом деле ещё не знал. Теперь знает… Крон замолчал, перебирая струны гитары. В самый напряженный момент, он аккомпанировал своему рассказу, чтобы лучше передать настроение, когда не хватало слов. — У тебя тоже есть меч, — Рагонда вдруг обернулась к их гостю. — И… — Всё-всё, — вмешались взрослые, — тебе пора спать. Видишь, Пакколь уже спит. — Лентяй, — одобрительно зевнула Рагонда, сгребла спящего зверя в охапку и унесла в фургон. Дик помог ей подняться по лесенке и не уронить своего любимца. — Можно, подержу? — попросил он, пока девочка самостоятельно стелила походную постель и искала, куда пристроить Пакколя. Рагонда отдала пушистый шар ему в руки. Дик удивлялся, какой байбак доверчивый, мягкий и теплый. Будь у него такой зверь, Дик бы его тоже с рук не спускал. Когда Рагонда достала вторую красную подушку и расправила рядом со своей, Дик опустил спящего Пакколя туда, пожелал малышке спокойной ночи и попрощался с ней. — А я знаю, — хитро шепнула она. — Эта история про тебя! — Конечно, — улыбнулся ей Дик. — Спи, красавица. Спите сладко, ни один дракон вас не тронет… На рассвете, когда Марик проснулся от холода, он завернулся в теплый плащ и охранял фургон, сидя у остатков костра. Над степью поднимался легкий осенний туман. Юный артист раздул угли и налил в котелок воды. Митрон легко соскочил со ступенек фургона и потянулся. — Ого, ты уже встал! Как наше "золотое горлышко"? Не простудил, надеюсь? Ты не видел своего приятеля? — Дика? Сегодня не видел. Он дежурил всю ночь до меня, наверное, спит? — Его нет, — возразил Митрон. — Вот упрямец! — огорчился Марик. — Он хотел сбежать и сбежал! Чтоб не подвергать нас лишней опасности, понимаешь? — Он прав. Мы с тяжелым фургоном не можем проскользнуть там, где он пройдет в одиночку. Да и нам с таким гостем проехать мимо всех поисковых отрядов непросто… Я не столько за нашу удачу переживаю, сколько за Рагонду. Могла ведь сказать что-нибудь исключительно вовремя, в этом вы очень похожи! |