Книга Первый сезон, страница 76 – Елена Крыжановская

— А на самом деле? — уточнила принцесса. Она подходила к вопросам обучения всему новому очень серьезно.

Дик чувствовал себя намного-намного старше юной красавицы.

— Не знаю. Наверно, имеет. Во всяком случае, никогда не забуду вас, прекрасная Каталина. Вы — моя первая принцесса, и останетесь ею навсегда.

— Значит, я буду бессмертной, вместе с тобой?

— Да, ваша милость. И даже останетесь вечно юной. Потому что навсегда запомню вас такой, как сейчас.[2]

(конец истории)

________________________________

[1] (прим. Лины) Этот вид называется "болотный". Они бывают большие и средние. Даже болотный дракон не любит воду и не прячется в ней.

[2] (прим. Лины) Через десять лет Дик получил приглашение на свадьбу Каталины с соседним королем. Даже заглянул в гости, но нарочно опоздал на торжества и навестил принцессу уже в новом замке, чтобы избежать шумихи и встреч со знакомыми.

Дик как в воду глядел: молодой муж страшно ревновал к нему, не обращая внимания насколько Дик выглядит младше. С ним Каталина снова чувствовала себя девчонкой. И помогло только упоминание дракона. Пока Каталина не заверила мужа, что "это не имеет никакого значения", тот не успокоился. Даже хотел вызвать Дика на поединок. В конце концов они мирно расстались, но в этом королевстве Дик долго не чувствовал себя в безопасности и старался там не появляться.

История девятая, о том, как Благородный Дик впервые просил помощи и защиты в трактире

Со свистом и гиканьем неслись через темное поле шесть всадников. Погоня не разбирала дороги, беглец и подавно. Над ними ярко светили звезды, проколотые острыми ветками. Черные тополя упирались в небо. Перепрыгнув глубокую канаву — сезонную речку, окружавшую лес, точно крепостной ров, беглец думал, что "лес не выдаст его", как гласит старинное напутствие лесной страны. Тут же радость сменилась отчаянием. Этот ряд стволов всего лишь узкая полоска на краю селения, разделяющая поля. Издали он казался густым, но спрятаться там негде. Всадники неслись следом, указывая друг другу, куда скрылся беглец. Тот, что мчался первым, послал вдогонку копье. Оно пронеслось с такой силой, что прошило рощу навылет. За стволами охотник даже не разобрал, что попал в цель.

Проскочив полосу тополей, похожих на забор из огромных мётел, погоня растерянно остановилась.

— Где он? Только был здесь!

— Он не успел бы пересечь всё поле!

— Кто знает? Вечно вы ворон считаете! Не могли одного мальчишку догнать, позор! — обругал своих подчиненных старший. — Возвращаться нельзя, пока не обшарим здесь каждый дюйм. Трое прочешут лесок, я поеду в селение. Переверну там каждую хижину! Если он там — не скроется. Кто успел его хорошо рассмотреть?

— Командир, я уверен, что задел ему ухо стрелой, — подал голос один из всадников. — Этого достаточно, чтобы он не мог спрятаться.

— Я почти схватил его у реки, — отозвался второй. — Думаю, и моя метка у него на локте осталась.

— Почти схватил? — сквозь зубы фыркнул старший в отряде. — Значит, почти получишь награду! Вы, двое, за мной! Остальные, смотрите в темень, как совы! Чтобы мышь не проскочила! Встретимся утром на краю этой проклятой загородки, которую давно пора изрубить на дрова!

Отряд преследователей разделился.

Тот, за кем они гнались, всё слышал, лежа лицом в траве всего в нескольких шагах от них, не в силах пошевелиться и даже вздохнуть. Копье не проткнуло его насквозь только благодаря легким доспехам, какие носят рыцари Братства Дороги. Высокая трава с жесткими колючими колосками скрыла его от глаз ночных сов в гвардейских плащах. Или же, высматривая добычу вокруг, до линии горизонта, ни один из преследователей не догадался посмотреть себе под ноги. Уходя в селение, лошадь главы отряда чудом не наступила на руку беглеца.