Книга Первый пользователь. Книга 17, страница 65 – Артем Сластин

— Да. Опосредственное нанесение повреждений работает. Насколько я помню по тем событиям, там температура воздуха в районе десятков километров была больше четырёхсот градусов, пропекая всё вокруг. Там ещё потом зародился огромный ураган, практически уничтоживший то, что осталось от города. Именно этот принцип мы и взяли на вооружение.

Я на секунду задумался и до меня дошло, что он хочет. Единственное, что показало эффективность в борьбе с Тварями. И это не огонь.

— Костюмы?

— Совершенно, верно. Тех, что ты уже передал нам — явно недостаточно. Для противодействия надвигающейся угрозе необходимо формировать тысячи групп быстрого реагирования, способные моментально вступить в бой. Нужно защищать ключевых лиц и оснастить ими всех особых людей. Уничтожение самих Тварей берёт на себя Андрей Борисович в лице Системы. Как я уже сказал, благодаря событиям в Гвадалахаре, в точке проникновения создаётся очаг высокой температуры, выводящий её из строя, а затем всё равно нужны люди, которые смогут приблизиться к телу Твари и не стать её жертвой.

— Это приемлемо. — Ответил я без раздумий, ведь и так планировал нечто подобное. — Белые версии костюмов же нормально помогают? — На всякий случай уточнил я, хоть и помнил, что проблем на станции не возникало.

— Да.

— Но почему вы сами их не сделаете? Я же видел, то, что происходило в космосе. — Я взмахнул неопределённо руками. — Всё это вот безумие и контроль над материей над атомарным уровнем.

Президент только вздохнул.

— Да. Я могу многое.

Визуализируя его слова, явно дорогущая ручка подлетела в воздух из подставки, медленно, послойно распалась на частицы, сначала корпус, потом внутренние части и пересобралась в миниатюрную версию Кремля, медленно вращающуюся в воздухе.

— Я могу перестраивать материю на фундаментальном уровне. — Продолжил президент, и миниатюрный Кремль распался на сияющее облако, которое затем сплелось в точную копию нашей Солнечной системы. — Могу создавать из воздуха любые предметы, от чашки кофе до термоядерного реактора. Я способен генерировать поля, непроницаемые для любого известного излучения, создавать гравитационные аномалии. Видишь эту картину? — Он кивнул в сторону полотна Айвазовского, висевшего на стене. Волны на нем вдруг пришли в движение, послышался шум прибоя и я готов поклясться, что даже учуял запах моря. — Могу ощущать то, что происходит в сотнях километрах отсюда так, словно нахожусь рядом. Могу, в конце концов, силой воли даже уничтожить нечто подобное нашей Луне, если вдруг будет необходимо.

Он сделал паузу, и модель Солнечной системы над столом схлопнулась в черную точку, исчезнув с тихим хлопком.

— Я могу создать что угодно. — Голос президента стал тише. — Любое известное оружие, могу даже скопировать космический корабль, или неизвестную человечеству технологию. Но тут мы сталкиваемся с парадоксом. Я не могу воссоздать твою броню. — Показал он на браслет на своей руке.

Я нахмурился.

— Но почему? Это же, по сути, просто сложный композитный материал, который я получил в награду из портала, объединившийся в единый защитный костюм.

— Нет. — Резко перебил он. — Я не знаю, что это. Я пробовал разобрать активную защиту, но моё поле восприятия буквально соскальзывает с него и человек в нём — невидим для меня. Что, впрочем, всё равно показывает мне, что на этом месте что-то есть, потому что внезапная слепота в определённой области тоже подозрительна.