Книга Бескрайний архипелаг. Книга I, страница 64 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

За свою жизнь многократно сталкивался с людьми, жаждущими признания и похвалы, словно цветы, требующие постоянного полива комплиментами. Впрочем, не критикую подобные модели поведения. У каждого свои демоны в голове, свои душевные раны и травмы, приведшие к подобному результату. Кто знает, может, в детстве им не хватало родительской любви, или жизнь была сурова, и любой человек, прошедший такой путь, вёл бы себя аналогично. В конце концов, у каждого из нас есть шрамы прошлого.

— Помоги-ите, — прохрипел Густаво и завалился на бок.

Экспериментаторы, блин. В несколько широких шагов я оказался возле бразильца и протянул ему пузырник.

— Скорее выпей, а потом прочисти желудок естественным путём.

Густаво сразу же осушил сочный плод и медленно поднялся на ноги.

— Идти сможешь? Направляйся в лагерь и обратись к нашей травнице. Наверняка у неё что-то припасено для таких случаев.

Бывший олигарх, пошатываясь, побрёл в сторону дома, оставив меня наедине с Янисом.

— Знаешь, мы тут в одной команде все, — начал я. — Давай договариваться. Нужно спасти якудзу сегодня же!

Арестант лишь хмыкнул и махнул рукой, показывая безразличие.

Пришлось использовать козырь. Я достал виски «Пьяный шторм» и подбросил в ладони.

— Ты мне осколки, а я тебе пойло. Но только после освобождения Такеши, потому что твой клинок пригодится в походе к жужжерианцам.

— Вот теперь базар ровный, братан! — улыбнулся Янис и облизал губы. — Так и сдружимся, внатуре. Но я вообще на сухую стою. Горло пересохло, как наждачная бумага! Дай хоть один глоточек махнуть, а там двинем узкоглазого выручать.

Не видел смысла продолжать бесполезный спор, потому передал виски. Дрожащими руками Янис открутил крышку и осуществил желаемое. Судя по тому, что кадык его не двигался, он попросту заливал напиток в горло. Вот ведь хитрец, происходящее и вправду было похоже на один глоточек. Но какой! Когда бутылка опустела на четверть, я ловким движением выхватил её из лап арестанта.

— Фига-се у тебя глоточки. Остальное вечером!

— Да ё-моё, начальник, ну дай кайфануть по-человечески! Это ж не сивуха, это амброзия! Её цедить надо, а не лить в себя, как воду из-под крана!

Янис методично отсчитал ровно двадцать три осколка и передал мне. Не теряя времени, мы направились в лагерь, где я немедленно созвал всех у костра. Это место явно претендовало на негласный центр принятия решений.

Помимо четверых бойцов, способных держать оружие, привлекли и Диловара. Массивная секира, которую я ему вручил, казалась продолжением жилистых рук.

— Справишься? — спросил Эстебан у таджика, глядя в глаза.

Уверенный кивок сказал больше любых слов. В его позе читалась та же решимость, что и у всех нас.

К счастью, Густаво начал приходить в себя после отравления. Его лицо всё ещё было бледным, но в глазах уже появился прежний блеск.

Пять вооружённых до зубов бойцов — достаточная сила, чтобы отбить у жужжерианцев любые мысли о нарушении сделки.

Луи Дюваль, этот скептик, протестовал против того, чтобы оставлять лагерь без защиты. Но Эстебан жёстко осадил его:

— Если жуки решатся на подлость и разобьют малый отряд, они сметут весь лагерь, как карточный домик. Либо мы идём все вместе, либо можем сразу копать себе могилы.

Его слова повисли в воздухе, пока выжившие молча переглядывались. Никто не смог оспорить итоговое решение, и мы двинулись в путь.