Книга Бескрайний архипелаг. Книга V, страница 67 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

Параллельно развивались безоружный бой, чуткий слух и навыки обаяния.

Такеши с Чернышом набрали больше двадцати уровней каждый. Ширайя развивался медленнее всех из-за высоких навыков и получил всего четыре за всё время тренировок.

Прогресс радовал, но голод превращал существование в пытку. Запах свежепризванных мертвецов дразнил ноздри сладковатым ароматом протухшего мяса. Приходилось отворачиваться, зажимать нос, считать до десяти, лишь бы не наброситься на ближайшего зомби и не вгрызться в его плоть. Обострившиеся чувства усугубляли мучения, ведь каждый аромат казался в десять раз насыщеннее.

Терпение лопнуло. Когда свежепризванная партия зомби отправилась вглубь подземелья, я решительно двинулся за ними, поманив за собой товарищей.

Жестом попросил друзей держаться позади. Прижимаясь к щербатой стене, подкрался к пролому и осторожно выглянул одним глазом, дабы разведать обстановку получше.

Навык «Маскировка» повышен до 101 уровня.

Высокоуровневые каннибалы, как и в прежний раз, набросились на жертв с остервенением пираний. Мясо отрывали кусками, кости хрустели под мощными челюстями. За считанные минуты от подкормки остались лишь бурые пятна на каменном полу.

Помещение выглядело, как будто после погрома: груды костей перемешивались с трухлявыми обломками мебели. Каннибалы бродили среди этого хаоса неспешной походкой.

Здесь собрались представители только гуманоидных рас. Ни одного существа с клешнями или щупальцами. Различались они ростом, комплекцией, остатками волос и оттенками разлагающейся плоти.

Вожак выделялся сразу. Гигант под три метра ростом — макушка почти упиралась в потолок. Широченные плечи, бочкообразная грудь, руки толщиной с мою талию. Остальные зомби, хоть и были крепко сложены, но инстинктивно жались к стенам при его приближении, опускали взгляды, подобострастно кланялись. Когда в проёме появлялось свежее мясо, главарь первым выбирал лучшие куски. Филейные части, печень, сердце исчезали в его пасти с чавкающими звуками. Аппетит великана, мягко говоря, удивлял. За один присест он поглощал больше, чем вся остальная стая вместе взятая.

Подчинённые довольствовались объедками. Грызли хрящи, обсасывали кости, слизывали кровь с камней. При этом большая часть зомби периодически выкрикивала обрывки фраз из прошлой жизни. Женщина в изодранном платье монотонно повторяла: «Я же любила тебя, а ты предал!» Её голос дрожал от отчаяния. Мужчина в обрывках кожаного доспеха, вгрызаясь в чью-то ступню, радостно возвещал: «Кушать подано!» Третий качался из стороны в сторону, бормоча: «Мама, где ты? Мне страшно…» Кто-то требовал вернуть долг, другой выкрикивал необычные имена.

Эти обрывки человечности пугали сильнее, чем сам акт каннибализма. В каждом из чудовищ когда-то билось живое сердце, теплилась душа. Теперь остались лишь искажённое эхо прежних личностей, застрявшее в разлагающейся плоти.

Наблюдение затянулось. Я фиксировал каждую деталь поведения, запоминал иерархию, подмечал слабости, ведь хотел влиться в их состав на правах равного.

Среди хаоса выкриков и стонов уловил самое важное. Вожак стаи периодически выпаливал две фразы, которые многое прояснили. «Служу каганату!» — рявкал он, прижимая сжатый кулак к груди. Движение отточенное, автоматическое. Правая нога чуть выставлена вперёд, подбородок поднят. Через минуту последовала другая реплика: «Принято, о великий доминатор!» Снова тот же жест, та же поза. Офицер высокого ранга, без сомнений.