Книга Долг человечества. Том 2, страница 48 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

Когда на лагерь опустилась уже глубокая ночь, я сделал уже полсотни болтов. По хорошему, их надо заготавливать впрок, буквально вагонами, но каждый болт требует от меня воздействия сразу двух навыков — и упрочнения для фиксирования состояния конструкции, и разложения, чтобы вытачивать камни и палки нужной формы. Это вызывает магическое истощение.

Возникла еще и проблема наращивания объема производства с другой стороны, с которой я не ожидал. Я извел все перья, что были у Кати, а очарованный дивным лесным созданием, вид которого именуется Ренгу, я отдал всю свою добычу этой странной птице.

И тут меня что-то больно кольнуло. Я… Я могу поклясться, что что-то из того, что процитировала мне Ренгу, когда хвасталась своей способностью имитировать голоса, я уже слышал. Вернее, не конкретную фразу, а голос. Совпало так, что я подумал об этом именно в тот момент, когда из шатра неподалеку от башни бубнел неразборчиво Леонид, втолковывая сидящему с ним Антону и Диме что-то, что я не мог разобрать.

Я не слушал, а если бы и хотел, пришлось бы подбираться ближе и напрягаться. А мне было лениво этим заниматься, к тому же я был занят делом. Но, черт побери, как же один из голосов похож… это точно Леонид. Но я, хоть убей, не помню, что именно тогда процитировала Ренгу. Найти бы ее…

— Как дела? — Появилась позади меня Катя из незаметности, явившись почти что из воздуха.

— Убей в себе привычку подкрадываться к людям со спины. — Рыкнул я на нее. — Нормально. Было лучше.

— Почему? — Насупилась девушка и сыграла обиду.

— Да подумал кое о чем. — Отмахнулся я. — Чего пришла?

— Пришла спросить, как у тебя дела и погреться у огня. Холодно здесь, черт подери! — Поежилась она и обняла сама себя руками.

Я тоже мерз, но у очага было комфортно. Кажется, нужно вплотную заняться утеплением как себя, имеется в виду людей, так и жилищ. Дима там что-то делал, но он, вроде бы, чертов единоличник, мхом и сухой травой законопатил только свой шатер.

— Это есть в плане. Возьми из костровища себе сегодня горячий камень, будет отдавать тепло какое-то время. — Подсказал я девушке.

— Так и сделаю! — Согласилась она. — А вообще, разве ты не хочешь знать, что замышляют эти трое? Ну, или четверо, если Женя с ними заодно.

— Хочешь сказать, ты подслушивала?

— Ес-тест-вен-но! — Заглянула она ко мне в глаза, приблизившись опасно близко.

Я отстранился, отложил в сторону очередной изготовленный болт и уточнил, что же ей удалось вызнать. Она пустилась в рассказ:

Лёня, как его называет собеседница, надоумил часть группы пойти за ним, потому что, якобы, ему известно местонахождение каких-то руин, которые вполне могли бы стать новым, укрепленным домом, который проще оборонять. Они как раз-таки и находятся на юго-востоке, о чем и твердили парни на совете.

— Это все, они решили шило на мыло сменить? Ерунда какая-то. — Не поверил я.

— Не уверена, но похоже, Лёня им что-то наобещал с три короба, а эти простачки повелись. Да-да-да. — Часто закивала кинжальщица головой.

— Что именно? — Поднял я бровь.

— Без понятия. — Мгновенно ответила она. — Но, если ты хорошо меня попросишь, я могла бы выяснить побольше.

Я недоуменно посмотрел на Катю. Если она сейчас опять предложит какую-нибудь хрень, вроде той, что выкидывала в первые дни пребывания в этом лагере, я ее без зазрений совести пошлю. Но она меня удивила.