Книга Долг человечества. Том 5, страница 114 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

Сил на поддержание постоянного, но слабого импульса уходило совсем немного — тут и десятый уровень самого навыка, и мой магический потенциал давали о себе знать. Я к текущему дню довольно неплохо развит, стоит признать, но, откровенно говоря, меня сильно интриговал пятнадцатый уровень. Жаль, что свои очки я сплошь растратил на усиление отряда, с которым выдвинулся на поисковую операцию по спасению Кати. Тогда что-то я слишком разошелся, но так требовала ситуация. Сейчас мне не хватает на новый уровень, и в обозримом будущем я видел только дочистку пещер под горой.

— В тесноте, да не в обиде. — Философски заметил Илья, когда мы выехали за пределы лагеря коммунистов и углубились в лес. — Однако, с ветерком.

— Отставить жалобы. — Сдавленно усмехнулся я, направляя ось и заставляя ее вращаться, лишь иногда корректируя курс более сильным давлением на каждое колесо для поворотов. Истинная магия, во всей своей красе, я только вот в эту самую секунду осознал, насколько человеческие возможности расширились с приходом инопланетян. До сей поры как-то оно воспринималось больше в сугубо утилитарном русле, мол, как инструмент, вроде лопата, только удобнее.

Набилось нас в повозку и правда как в бочку с селедкой, один к одному. На Молчуна было жалко смотреть — он съеживался, стараясь стать меньше, чтобы ни дай бог никому не помешать своим присутствием. Похоже, скромный и зажатый мужчина. Надо бы их с Борей познакомить, мне кажется, они поладят.

Иван и Агнесса, сидящие напротив друг друга, поджав коленки, сумбурно и возбужденно обсуждали произошедшее, не стесняясь того факта, что присутствующие приложили к этому руку и вообще-то все слышали. Легкие и непосредственные люди. И, кстати говоря, это конечно не мое дело, но надо будет показать ранки и лопнувшие сосуды на лице у черноволосой Жене, глядишь, можно что-то придумать, опасно ведь. Любая инфекция попадет и быть беде.

Илья был молчалив, а свой орлиный профиль он уставил прямо на стены своего лагеря, который мы покидали. О чем-то думал. То, что я ляпнул в качестве шутки, было всего-лишь именно шуткой, про то, что он Варе понравился. У меня были иные мысли насчет Муромца, и в лагере он сыграет важную роль, но это позже.

И лишь я, оказавшийся зажатый между двух мягких тел, чувствуя легкую тряску, почти забытую, как будто в поезде куда-то спешишь, едва не проваливался в сон. Впереди нас ждал долгий путь домой, сытный ужин от Каролины Терентьевны и, я очень на это надеялся, спокойный сон.

От того, чтобы вырубиться, меня защищала только необходимость продолжать управлять повозкой. Не научился я пока контролировать свою силу во сне, да и не думаю, что это вообще возможно. Потому, сворачивая челюсть и слушая мерные переговоры новых членов моей фракции и весьма возбужденной Вари, старался оставаться бодрым.

Кстати о моей спутнице-чародейке. Ей явно пошло на пользу такое проветривание, по сути, столько событий за один день давненько не происходило в ее жизни. Человек, зараза такая, ко всему привыкает, и конкретно я все реже возвращаюсь к рефлексии об утраченной Земле и, вероятном, но не точном, невозможном туда возвращении. Я точно понимал, что как раньше уже ничего не будет, и по большому счету перестал об этом переживать, свыкнувшись.