Онлайн книга «Долг человечества. Том 5»
|
Е-мае, я что… умираю? — С-спасибо. — Едва слышно прошептал я, набрав губами пыли с камней, и почувствовал, как тьма, мягкая и пугающе уютная, меня забирает, укутывает, как ляльку, обнимает, прижимает к себе. Это было последнее, что я запомнил из сегодняшнего похода. Долгий, тяжелый день. Какой краткий итог можно подвести сделанному? Марк не идеален, порой не рассчитывает свои силы верно, порой действует импульсивно. Но он справлялся — до сего дня. Бой окончен! Награда: 1000 очков обучения.* 1000 очков достижений.* Ваш персональный вклад: 97 %. Ваша доля: 970 очков обучения, 970 очков достижений. Внимание! Благодаря статусу главы фракции и выставленному параметру «Налог» на отметке в 100 %, вам полагается причитающаяся часть добычи. 30 очков обучения.* 30 очков достижений.* Внимание инициированному! Невероятное достижение! Вам удалось победить противника, превосходящего ваш личностный ранг на три ступени! Вы вошли в 0,01 % тех, кому удалось повергнуть колоссально превосходящего вас по рангу и биологическим характеристикам противника. Получен титул: Истребитель чудовищ. Истребитель чудовищ: Кажется, инстинкт самосохранения в вашем случае — отягощающий ваши устремления фактор. Руководствуясь холодным расчетом и готовностью рискнуть всем, вы безупречно выполнили задачу. Неординарная дерзость в неординарной ситуации! Ваша готовность идти до конца и преодолевать невозможное не осталась незамеченной. Награда: 100 очков обучения, 1 дополнительная компетенция на стадии выбора. Глава 9 Уже постфактум я соображал, что же именно случилось. Двигал меня, все ж таки, инстинкт самосохранения, и двигал не почему, а вопреки. Даже система издевательски напомнила об этом, засчитав мне убийство Праматери и выдав за это деяние новый титул. Возвращался я в реальность как после обрывочного, тревожного сна, когда простыни становятся влажными от пота, и скомканными у беспокойных ног. Но только простыни были лишь в моих фантазиях, на деле же у меня под лопатками была жесткая шерстяная шкурка, а под ней — твердый камень. Наш импровизированный больничный блок у черта на рогах. Безуспешно попытался разлепить веки. Тяжелые, ленивые, приходилось делать над собой усилие, чтобы отклеить ресницы. Не с первого раза, но мне удалось это сделать. Голова больше не раскалывалась от боли, но внутри черепной коробки вместо привычного мне вороха мыслей, разными концами уходящими к различным цепочкам умозаключений и ассоциаций, была пустота. — Ну слава богу, очнулся. — Раздался левее от меня тихий, но напряженный голос Жени. Зрение сфокусировалось, хотя резкости бы еще прибавить. Прямо надо мной нависали встревоженные лица. Целительница и заведующая медблоком с темными кругами под глазами, хмурый, как невыспавшийся медведь, Борис, бледная и ёрзающая Лиза, и отстраненная Варя, с каменным лицом. И Катя, но выглядела она так, словно видела саму смерть. Впрочем, эта мысль не слишком далека от истины. Мне стало совестно за то, что я вызвал столько тревог и волнений. Чуть поодаль, у входа в своды пещер, переминались с ноги на ноги и остальные обитатели лагеря, присутствуя постольку-поскольку, но все же украдкой бросающие взгляды вглубь пещер. Тишина… после грохота, гула, скрежета, визгов внизу, это как бальзам на душу. Лишь треск дров в печи нарушал идиллию, или же, наоборот, дополнял ее. Я еще не решил, как относиться к этому. |