Книга Долг человечества. Том 5, страница 79 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

С горы мы почти что слетели. Уже через час, слегка запыхавшись, мы стояли у подножия, всматриваясь в полную луну и переводя дыхание. Поговорили по пути, так, о жизни. Я интересовался, как парень справляется, на что он мечтательно мне ответил, что переоценку жизненных ценностей он провел. И не последнюю роль в становлении его сыграла Ира, приметив что-то в парнишке и вкладывая в его голову правильные мысли. Вот, могу поклясться, что это именно татуированная надоумила парня начать тренироваться и проверять границы своих возможностей, вместо того, чтобы устраивать кардио и проверять другие границы. Впрочем, напрямую я об этом не спрашивал — не существенно в моменте.

Передохнув, я выжидательно посмотрел на юнца, и тот не заставил себя ждать.

— Шеф, все еще на запад. Прямая линия… — Указал он рукой в сторону предполагаемого направления.

— Поторопимся. — Кивнул я и двинулся ровно туда, куда он указал.

Меня терзала одна страшная мысль, которую я, ради сохранения рассудка, старательно от себя отгонял. Но в тот момент, когда я столкнулся с реальностью, игнорировать ее было больше нельзя. Направление на запад с самого начала натолкнуло меня на эту мысль, но надежда забрезжила в тот момент, когда путевая магия повела нас по склону.

Однако, именно в том направлении находится силовой энергетический барьер, не пропускающий никого наружу, за границы четко очерченного квадрата нашего полигона в миллион квадратных метров, а то и больше.

И только коснувшись мерцающей полупрозрачной стены с перламутровым градиентом, осознав, что дальше дороги нет, я пришел к стадии принятия. Ренгу мне не видеть больше, по крайней мере сейчас.

— Шеф, поиск существа ведет сквозь этот барьер, туда, в темноту. — Закрыл он этот вопрос. — Что все это значит?

— У нас не единственный полигон в округе. С той стороны, за этой стеной, начинаются границы чужого полигона, и я понятия не имею, кто там может быть. — Ответил я первое пришедшее на ум, а затем грязно выругался, ударил кулаком в стену и, отмахнувшись от предупреждения, что за попытку сломать барьер полагаются санкции, остановился подумать.

Мои ранние рассуждения о том, что людей должно быть сильно больше, обретали почву. Сейчас у меня на руках появилось первое очень достоверное и правдоподобное подтверждение тому, что мы тут хоть и в изоляции, да не совсем. А еще в памяти всплыла картина — скелет, уткнувшийся лбом в стену барьера, и с вогнанным самому себе в сердце кинжалом, все еще сквозь время удерживаемый там костенелыми пальцами. Ведь возможно же, что он встретил кого-то «с той стороны», до кого очень хотел добраться, и не выдержав тоски, покончил с собой?

Это точно так же бьется с мотивами наших наблюдателей, корпорации Дер'Ал и всех тех, кто причастен к апокалипсису на Земле. Нас разделили на сектора, и по прошествию двухмесячного срока, готов спорить на что угодно, барьеры спадут, пустив нас дальше. И именно кто-то, из тех, кто проходит испытание здесь, на наших территориях, заслужит статус участника… как там Леонид говорил, какого-то финала? Видимо, это нечто вроде статуса главы будущей людской цивилизации, собранной с одного конкретного полигона и вброшенной в безумную, не знаю, схватку, борьбу за власть? Не могу предугадать, да и не хочу.