Книга Сбой реальности. Книга 2, страница 112 – Михаил Юрьевич Попов

Связанная душа подросла на два пункта. Не заметил уведомлений — скорее всего это было в руинах древнего света. Приятно. Жду не дождусь двадцатый уровень, посмотреть, что подсунет мне система на этот раз.

Вихрь…. безусловно, самый полезный мой навык. А с учетом того, что из-за ограничений архонта ничего другого я получить не смогу, пока не добуду новых осколков, еще и единственный. В боях с толпой он показывает себя отлично, даже прекрасно, в одиночных боях — просто крайне сильный инструмент нанесения урона. Сгораю от любопытства узнать, что за навык откроется, когда добуду то, зачем на Талассос и плыву.

Перерождение — странно, навык с огромным потенциалом, но я его от силы пару раз применил. Вероятно, просто боюсь в критический момент осознать, что он восстанавливается. Слишком уж долгий у него откат. Потому держу его как оружие последнего шанса.

Подведя кое-какие итоги, пришел к мысли — моя сила не в экипировке, а в умениях. Как моих собственных, так и системных. И, в том числе, не совсем честных. Отталкиваться буду от этого. Следующая же цель проста — разведка и подготовка к боям на островах. Противники там, в основном, уровня для меня посильного, но то, что множество битв предстоит в воде меня удручало. Там от моей ловкости толку будет сильно меньше.

Осталось доплыть, чтобы на нас не напал кракен или еще какая морская гадость.

Я закрыл все окошки интерфейса и прилег, ненадолго сомкнув глаза.

Скрип деревянного трапа вывел меня из дремоты. Выгрузка шла полным ходом, НПС суетились, снося ящики на причал. Соленый ветер и мелкие капли воды, долетевшие с волны, разбившейся о корму, взбодрили. Талассос раскинулся передо мной, словно яркая мозайка, наполовину утопающая в море. Дома на сваях поднимались над кристально чистой водой, опираясь на деревянные конструкции. На их фасадах пестрели флаги и разноцветные ткани, подчеркивающие их принадлежность к местным торговым гильдиям, или, быть может, это просто дань моде.

Мостики и подвесные переходы связывали дома и небольшие пристани, по которым сновали люди: кто-то тащил рыболовные сети и снасти, кто-то громко спорил о цене улова, а детвора, размахивая самодельными удочками, скакали через канаты, растянутые между сваями. Шум множества голосов сливался с криками чаек, с эхом разносятся над портом.

Вода вокруг островов была настолько прозрачной, что я видел сквозь нее коралловые рифы и стайки пестрых, мелькающих рыбок. Что ж, тропический рай может выглядеть и так.

На пристани толпились как игроки, так и местные. Первые рассматривали свои инвентари, громко обсуждали планы и искали группы. Вторые — вежливо, но настойчиво предлагали свои товары и услуги. Самая свежая рыба, лучшие специи материка, ткани и слитки от лучших мастеров — таковы были местные слоганы. Кричали их пропитанные морской солью загорелые торговцы громко, зазывали, стараясь не упустить ни единого медяка с каждого выгрузившегося с корабля.

Пока я шел, прячась в тени крыш и домиков, пресекая один подвесной мостик за другим, до моего слуха доносились обрывки разговоров.

— … эти хреновы пираты совсем обнаглели, сколько можно?

— Да ладно тебе, им же настучали, чего нервничать?

— А меня, на первом моем прохождении, помнишь как завалили?

— Ну а чего ты хотел на седьмом уровне-то?