Книга Сбой реальности. Книга 3, страница 41 – Михаил Юрьевич Попов

— Спасибо, поняла! — кажется, я зарядил ее чем-то, похожим на азарт и бодрость. Вопреки ожиданиям, вместо хаотичных передвижений по Глендейлу, девушка вторила Илье, уткнувшись в руководства. Растет.

Я же побежал в таверну. Еда, вода, алкоголь. На всякий случай, у него много неожиданных применений, кроме как нажраться. Растратив оставшиеся жалкие серебрянные, я спустя несколько минут выгреб из таверны, не разбирая нюансов, обратно на центральную площадь, если этот пятачок с большим деревом так можно назвать.

У меня появилась минутка передохнуть. Новоиспеченного крестоносца вижу только на карте, кажется нашла храм, а Илья замер на том же месте, его вижу собственными глазами. Отвлекать не стал.

— Есть! — минутой позже разразился танк, выискивая меня глазами. — Нашел!

— Что там? — я подошел ближе, раз уж Илья теперь «здесь».

— Ну так себе подземелье. Пещеры гниения. Всюду гниль, тлен, мутировавшие монстры, яд и прочая хрень. — поморщился друг от отвращения. Даже его проняло. — но зато монстров много, уровня начиная с двадцать пятого, заканчивая, как раз, как ты хотел, почти тридцатым.

— Подходит. Далеко? — согласно кивнул я, решив не выбирать.

— Полчаса пешком, двадцать минут бегом.

— Вот тебе руна ветра и глянь свои характеристики. — я передал ему камушек, а сам убедился, что он состоит в моей группе.

— Э… — почесал друг затылок. — А почему так много?

Я горделиво выслал ему описание нового предмета, натянув довольную улыбку. Ну хоть что-то хорошее за последнее время!

Он со взглядом тяжело воспринимающим увиденное бегал глазами по описанию вверх и вниз. Потом снова. И снова. Когда закончил перечитывать, поднял на меня взгляд с немым вопросом.

— Протез адаптировался к игре. Я-то руку вернул, а железка тут застряла. Ну, как тогда, с душой, помнишь? — попытался я объяснить.

— Припоминаю. — он продолжал чесать голову.

— Так что наши шансы еще сильнее выросли. У меня только ловкости от этой пассивной способности пять единиц приросло. И остальные цифры тоже.

— И я думаю, чего это у меня здоровье так скакнуло. В последний раз меньше было. Ну ты… жучара, Майк! — то ли порадовался за меня, то ли поругал друг.

К нам спешила Юля, неслась с копьем наперевес, в тканевых вещах. с нулевым показателем брони. Крестоносец, блин.

— Сделала, все сделала! И навыки улучшила, и праведность приподняла! — говорила она сбивчиво, пытаясь отдышаться.

— Умница. А теперь, не теряя ни минуты, вперед! — скомандовал я и побежал на появившуюся общую метку на карте, которую установил Илья возле входа в подземелье.

Интерлюдия 1. Леон.

Реальность.

На кухне стоял смрад лекарств, застоявшегося жира и смерти. В углу крохотной комнатки стояла пустая раковина без обшивки, из которой высилась гора посуды. Полуразбитая лампа под потолком освещала облупленные стены и перекошенные шкафчики. Леон сидел за столом, уткнувшись в экран коммуникатора, изучал игровые форумы. Единственный нормально работающий источник света — это яркий экран комма, показывающий списки цифр и графики, тянущиеся куда-то за пределы видимой области, как обескровленные линии кардиограммы.

На столе перед ним чашка синт-кофе. Он давно остыл, выветрился, и стремился стать чем-то другим. Леон этого не замечал. В его голове звучало тиканье, несуществующий метроном, отбивающий минуты, часы, дни. У него было время — но не для себя.