Книга Сбой реальности. Книга 7, страница 50 – Михаил Юрьевич Попов

Призрачный черный меч, что был в его руке, как магический катализатор, задрожал и рассыпался на тысячи сверкающих, черных пылинок, исчезнув с тихим шелестом вдруг поднявшегося бушующего ветра.

И только тогда Майкл проявился из подпространства полностью, будто реальность с запозданием выдавила его из себя. Он сделал шаг назад от тела, затем второй. Его грудь судорожно вздымалась, ведь он и так был на пределе, а тут еще один прыжок, сильно уменьшающий его запас сил. И в глазах друга не было ни триумфа, ни облегчения. Там был нарастающий, всепоглощающий ужас.

— Майкл? — Хрипло крикнул Илья, отталкиваясь от плиты, чтобы помочь, поддержать.

Майкл не ответил. Вместо этого он поднял перед собой свои руки, очертил кончиками пальцев вокруг себя круг, будто пытаясь что-то нащупать, но не смог. Вместо этого уставился на кисти с несказанным вопросом. В этот момент его запястья начали светиться изнутри мерцающим светом, а вскоре этот свет полился по венам выше. Когда последний сполох достиг лба, контуры его тела задрожали и поплыли, как изображение на неисправной голограмме.

— Майкл! — Снова закричал Илья, но почему-то остановился, не решаясь приблизиться.

Его друг снова попытался что-то сказать. Губы шевельнулись, сложились во что-то бесшумное и нечитаемое, и ладони его разжались. Кинжал, тот самый, что только что даровал Кацураги смерть, выпал из его потерявшей хватку руки. До земли не долетел — завис в воздухе и исчез, словно никогда и не существовал. А вслед за оружием начал исчезать и сам Майкл.

Без спецэффектов.

Фигура стала полупрозрачной, будто сотканной из тумана. Илья, не веря своим глазам, ринулся, чтобы остановить телепортацию, но проскочил насквозь. Тело утратило материальность, осталось лишь бесформенной тенью.

Вот его и не стало. Бесшумно, без пафоса и фанфар. Просто стерли ластиком с рисунка реальности, вырезали из изображения и не сделали бекап.

Илья стоял, вкопанный в землю, и его мозг отказывался принимать произошедшее. Враг повержен, но и победителя тоже нет? Сраный Майкл, он снова, снова куда-то делся. В который раз… Это какая-то насмешка.

Тишину разорвал истеричный, полный ужаса голос, льющийся из крошечного наушника. Единственная вещь, оставшаяся прямо на том месте, где только что был друг.

— Майкл? Майкл! Что происходит⁈ — Это голос Мэй, и он едва не срывается на визг. — Ало! Майкл⁈ Ты же не…

— Это Илья. — Совершенно ровным тоном ответил здоровяк, наклонившись к наушнику и поднеся его ко рту.

— Илья? Илья! Что у вас там случилось? У меня тут… все его показатели, они не пропали, просто сбросились в ноль! Что с Майклом? Его чип повредили? Отвечай, ответь сейчас же, что происходит!

Но великан не мог ответить. Смотрел он на этот наушник, и думал, слушая собственное сердцебиение. Он видел тело Кацураги, начинающее понемногу деревенеть. Видел собственные руки, в которых бьется жизнь. Если бы обернулся, увидел бы Анну и Леона. Но не видел Юлю и Мэй, благоразумно оставив девчонок на базе. А вот Майкла нет, и Илья не мог понять, что ему теперь с этим делать.

— Илья… — Вновь прошептала Мэй, голосом полым, раздавленным. — Мы снова его потеряли?

Голос подруги его будто оглушил, и мир, сузившийся до точки на ладони, вдруг обрел полноту. Словно вынырнул из-под большой глубины и ему заложило уши. Он сглотнул ком и ответил.