Книга Сбой реальности. Книга 7, страница 6 – Михаил Юрьевич Попов

— Нет, — вдруг сказал я сам себе, широко открывая слипающиеся глаза, я не сдамся. Не здесь. И не так.

Поднялся, собрал разбросанные в порыве нервного истощения камушки, и попробовал по другому. На этот раз не бил их друг о друга, а потер. Сначала — ноль реакции. Потом, минутами позже, мне показалось, что мелькнула слабая искорка. Ну же, бог молнии Райдзин, ты же отметил меня своей печатью! Искорку!

Вдохнул глубже, снова ударил, и наконец, победа! Крошечный огонек ударил по сухостою, растертому в труху, и занялся! Прогрыз кору! Я поднес его к сухим волокнам, как нечто самое дорогое, что у меня есть, и подул. Пламя дрогнуло, качнулось, дыша на ладан, но перенялось. Загорелось!

Я засмеялся. Заливисто и громко. Смех вырвался сам собой, и я не мог его сдержать. Да плевать мне! Чертов необитаемый остров, кого я тут привлеку? Крабов? Было бы очень кстати! Жрать-то охота, а сейчас я смогу его зажарить! Ха-ха, я это сделал! Маленький костер, ничего, подожди, сейчас будет большой.

Засунув в топку все, что у меня было горючего, кроме совсем экстравагантных решений, типа одежды, я сел у огня и протянул руки вперед, согревая задеревеневшие пальцы. За все время, проведенное на уже ставшем ненавистным острове, я впервые почувствовал нечто похожее на настоящую надежду.

Так, первые шаги, первые успехи. Теперь еда и вода.

Я снова двинулся к берегу, больше не боясь, что костер задует. Горел он будь здоров. Водоросли, которые я нашел ранее, казались отвратительными, но это лучше, чем желудок будет переваривать сам себя. Для самоуспокоения я назвал это жаренной ламинарией и понес свисающие тряпками зеленые штуки к костру. Нажарил. Запах стоял странный, но отвратительным он не был. Поднес ко рту кусочек подсушенной морской травы и прожевал. А что, вполне себе, напоминает чипсы нори, только чуть с привкусом тины. Желудок ответил благодарностью, и я, почувствовал, что растение не опасно, доел его полностью.

Сидя у костра, я понял: прошлое пока что не имеет для меня значения. Ни система, ни прокачка, ни абсолют. Здесь и сейчас есть только я, огонь и мое желание выжить. Я знал, что выберусь. По крайней мере попытаюсь. Но сейчас часы отсчитывают мои последние дни, и даже моим товарищам не суждено будет меня похоронить. Буду пытаться, даже если придется сжечь весь этот чертов остров.

С каждым съеденным кусочком я чувствовал, как насыщается мое тело. А сбегать к кромке воды мне пришлось еще не раз — трава оказалась не очень уж сытной. Ночью не видно ни зги, идти в лес чтобы свернуть там себе шею, неудачно навернувшись, было самонадеянно, а сделать факел было не из чего, только если футболку испортить. Так что моей едой стали горячие водоросли. Даже вкусно, я распробовал. Но я надеялся, что поспав, застану рассвет, и тогда примусь за исследования глубже к центру острова.

Соорудив какую-то подстилку из широких листьев и мха, я заблаговременно все это добро просушил у костра, развесил мокрую одежду на ветки, чтобы теплый дым и ее просушил, и прилег. Смотрел на пламя и думал, на что же я сгожусь и как сумею вернуться домой. А это не казалось мне рутинной процедурой, уж поверьте.

Мысли путались, перескакивали с одного на другое. Одно только я смог обдумать вполне осознанно — пусть система забрала у меня многое, но не способность думать и анализировать. Не мой опыт. Мои настоящие навыки могут помочь мне.