Книга Мастер Рун. Книга 1, страница 115 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Ого, — невольно вырвалось у меня, пока я пытался представить масштабы этой катастрофы, если уж этот город, словно раскинувшийся от края до края он назвал по сравнению с ними деревенькой.

— Вот тебе и ого, — усмехнулся мастер без особой радости. — Вот только всё далеко не так просто, как кажется жадным до золота авантюристам. Прибрежные города, что ближе всего к проливу, были почти полностью разграблены за эти годы, ведь всё же прошло очень много времени с тех пор, как случилась катастрофа, а чем дальше вглубь континента, к самым крупным городам Проклятых, тем больше самих этих тварей и тем они опаснее. Поэтому многие капитаны кораблей, которые ходят через пролив, скупают рабов и бедняков, подряжая на эту смертельно опасную работу. Дают им защитные амулеты вроде тех, что мы сейчас делаем, и отправляют на верную смерть в поисках сокровищ. Людям этим некуда возвращаться, кроме как обратно на корабль, который их привёз, и они тысячами гибнут в проклятых руинах, пытаясь выжить и найти чем заплатить за обратный билет домой или хотя бы за место на палубе. Вот так устроен этот жестокий мир.

— И вы не хотите, чтобы людей отправляли туда с вашими амулетами? — медленно спросил я, начиная понимать в чём дело. — Потому что без них это вообще стопроцентная смерть?

— Без них смерть наступит почти сразу. — согласился мастер. — Амулет скрывает смертного от взора проклятого, что позволяет спокойно обходить места их скопления, и убивать практически не сопротивляющуюся нежить. Но проблема в другом. Среди проклятых есть маги, и порой случаются вещи прямо обратные походам вольных капитанов в Мёртвое море.

— Это какие же вещи? — я наклонился ближе, заинтригованный.

— Проклятые строят корабли из костей, захватывают обычные, не самые удачливые в своём походе и когда их набирается огромный флот, то они выходят через пролив и идут к тем, кто создал амулеты. Это для них как маяк. Не очень, знаешь ли, приятно, жить и знать, что где-то там, проклятые ждут момента добраться до твоей глотки. Для рунмастеров стоит гильдейский запрет на такие амулеты, особенно если выпускать их массово. Единично можно, для этого и кровь общая и максимальное обезличивание изделия. Но из-за скорости и количества, нам всё равно придётся допустить ошибки, и после того, как проклятых местных убьют, оставшиеся окажутся там. А значит, рано или поздно, какая-то тварь, где то там, далеко — почует мой след, оставленный на амулете и кто знает, до чего это дойдет.

— Я понимаю, мастер.

Вот тебе и человеколюбие мастера, подумал я с некоторым разочарованием. Оказалось, что его нежелание делать амулеты было не более чем запретом организации и личной предосторожностью перед возможной опасностью для самого себя, а не заботой о судьбе несчастных. Я был бы сильнее разочарован этим открытием, если бы не знал мастера Валериуса чуть лучше и не понимал, что в этом мире выживание часто важнее высоких идеалов.

— Поэтому и в Гильдию я схожу, чтобы обозначить заказ, и дать пояснительную записку, как и другие рунмастера города.

Нашу неспешную беседу внезапно прервал громкий стук в дверь мастерской, резкий и требовательный. Мастер удивлённо поднял бровь, так как было слишком рано для посетителей и открыл дверь сам. К его явному удивлению, которое отразилось на лице, ему передали небольшую посылку прямо из Гильдии, запечатанную официальными печатями. Внутри оказались три небольших флакона из тёмного стекла, наполненные густой тёмно-красной жидкостью, что медленно перетекала внутри при движении.