Книга Первый пользователь. Книга 3, страница 114 – Артем Сластин

На седьмой секунде я посчитал, что уже достаточно. По моим расчетам, температура в зоне действия навыка применительно к стандартной человеческой, должна была уже опуститься в район примерно пяти градусов, а это уже гарантировало практически моментальную смерть организма. Это даже не сравнить с эффектом, когда человек оказывается в открытом космосе без защиты. Там все равно работает принцип теплообмена, снаружи агрессивный холод, а внутри тепло и все это в итоге выравнивается, приводя к тепловому равновесию. Мой же навык работал на другом принципе, и я одним рывком сократил расстояние до врага, и только начавшие разворачиваться противники оказались в зоне его действия. Они замерли, а потом с глухим стуком упали на землю. Страшный эффект, превративший их колоды промороженного мяса. Но несмотря на убийство, я ни о чем не жалел. За последнее время насмотрелся уже как на трупы гражданских, так и на тела наших ребят, просто выполнявших свой долг по защите Родины.

Даже не став осматривать поверженных, я вновь, ничком упал на землю и пополз дальше. Казалось бы, до портала было всего триста метров, но какие длинное это оказалось расстояние. Да я с центра сада до стены полз минут десять, старательно прячась от любого противника. А ведь до него было всего сто метров. Больше всего проблем доставляли самонаводящиеся порталы, периодически выплевывавшие новых врагов. К моему счастью, это в основном были какие-то мелкие твари, расправляться с которыми я предпочитал выстрелами ледяного лезвия, как самого экономного и бесшумного навыка. Немного беспокоило то, что серебристые вспышки могут меня демаскировать, но они происходили практически повсюду, причем бессистемно. Именно возле человека они появлялись хорошо если один раз из двадцати, в основном просто открывался проход, оттуда выбегала очередная тварь и затем неслась в сторону ближайшего противника.

Я огляделся по сторонам и задумался. Передо мной находилась высокая кирпичная стена и самая главная проблема была в том, что она была абсолютно целая. Основной обстрел велся в центре и именно там зияли многочисленные проломы. Но там же находилась и основная концентрация противника. Они как раз укрепились в развалинах и теперь там смог бы пробраться разве что муравей.

Задумчиво потрогал древние кирпичи перчаткой и вздохнув, активировал дезинтеграцию. Понятно, что мои сожаления по поводу разрушения памятника архитектуры выглядят сейчас глупо, особенно учитывая массовые разрушения неподалеку, но просто этой стене больше пятисот лет и мне было безумно жаль уничтожать труд неизвестных строителей. Поэтому я предварительно копировал каждый кирпич и планировал потом вернуться и заделать проделанный проход. Глупо, сентиментально, но буду считать своей блажью.

Пришлось прилично так постараться, чтобы проделать достаточное отверстие для того, чтобы можно было туда протиснуться. И ладно, если бы она была сложена в два, три слоя, проблем бы совсем не составило. Шесть метров ширины, стали для меня довольно сложным испытанием. Стараясь не думать о том, что кто-нибудь с обратной стороны может заметить дырку и заглянув в нее, увидит мои ноги, я полз вперед, убирая кирпич за кирпичом и наконец сквозь темноту прорвался пляшущий лучик света от бушующих на той стороне пожаров. Вся площадь, а с ней заодно и здание универмага весело полыхали огнем. Я убрал еще несколько красных прямоугольников и высунул голову наружу, осмотрелся. В небе раздавался неумолчный рев пролетающих самолетов, перечеркивающих короткими росчерками авиационных пулеметов вражескую технику, но по большей части чаще промахиваясь и взрывая каменную брусчатку. Ранее красивое место, по которому ежедневного прогуливались десятки тысяч туристов, теперь представляло собой место ведения боевых действий.