Книга Первый пользователь. Книга 15, страница 61 – Артем Сластин

Сначала я распечатал компактную медицинскую кушетку, затем, аккуратно избавив тело Лирианы от остатков обугленной и пропитанной странной слизью одежды, переложил её на стерильную поверхность. Доставать из инвентаря пришлось не два или три, а добрых два десятка тюбиков с регенерационным гелем. Принялся наносить его толстым слоем не жалея. Но когда дошёл до аккуратного обрубка, остановился и задумался.

Варианта было два. Либо она так и будет до самого выхода из этой локации однорукой, что, мягко говоря, не очень удобно, либо можно попробовать совершить маленькое чудо и прирастить отсечённую конечность обратно. Теоретически — гель должен справиться с задачей. Хмыкнув, я достал из инвентаря её отрубленную кисть с коммуникатором, всё ещё висящем на запястье. И недовольно поморщился. На руке, цепляясь десятками липких, розовых жгутиков, висел целый шмат плоти Охотника, размером с кулак.

Я брезгливо стряхнул эту мерзость на каменные полы пещеры, и она шлёпнулась с противным влажным звуком. Затем приложил кисть к обрубку, совместив срезы как можно точнее, и начал обильно, с избытком, смазывать место соединения тем же регенерационным гелем, буквально склеивая плоть. И только сейчас до меня, наконец, дошла одна простая, но крайне важная деталь: я в горячке боя, автоматически, убрал в свой личный инвентарь чужой, не привязанный ко мне предмет — её руку с коммуникатором. Но, раз реальность не схлопнулась от квантового парадокса или конфликта идентификаторов, можно было сделать вполне логичный вывод. Квантовые инвентари пользователей физически не хранятся в самих коммуникаторах. Что эти устройства всего лишь некий уникальный маркер, указатель или ключ, ведущий к персональному карману пространства. А по факту сами карманы находятся вообще непонятно где — в отдельном измерении, или, быть может, вообще в параллельной вселенной. Но пожалуй, этот глубокий философско-физический вопрос я с облегчением оставлю будущим гениям-теоретикам, потому что можно себе весь мозг сломать, пытаясь раздумывать о таких фундаментальных вещах без должной подготовки.

* * *

Если бы у молодого Охотника был хоть сколько-нибудь полноценный, структурированный разум, схожий с человеческим, то про его текущее состояние можно было бы с уверенностью сказать — он бился в истерике. Он был так близок! Он почти добрался до цели, потратив неоправданно много сил на вскрытие твёрдой, невероятно прочной скорлупы, которую он, к своему величайшему удивлению, не смог сразу поглотить и переработать. Для существа чья плоть была создана для потребления и ассимиляции разных веществ, от органики, базальта и титановых сплавов до броневых пластин звездолётов, созданных из самых экзотических композитов, — это было немыслимо и противоестественно. Именно поэтому то, что скрывалось внутри, должно было быть невероятно ценным. Это обогатило бы общий банк данных, общий разум всего Роя.

Но в момент, когда рядом появились ещё цели, сенсоры, выращенные по всему телу, принесли новый, свежий и отчётливый запах Творца.

Охотник Роя не обманывался. Новая, вторая цель пахла даже сильнее, но выглядела так же, как та, которую он с таким трудом вскрывал до этого. А значит, она, скорее всего, лишь недавно контактировала с Ним. Но всё равно, даже этот слабый след был лучшим результатом из всех возможных за последние циклы. Сотни тысяч его собратьев-Охотников, прочёсывающих вдоль и поперёк сектора галактики, не могли похвастаться и тысячной долей такого результата.