Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 138 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Впереди показался сияющий проход, и обрадованный Ручеёк плечом влетел в ствол дерева. Побитое тело пронзила новая вспышка тупой боли, нога зацепилась за корень — и он кубарем покатился по земле.

Нет! Только не сейчас, когда цель так близко!

Треск, грохот — хозяин снова рядом. Ручеёк успел вскочить, но оторваться уже не успевал. Отчаянно использовал каменную кожу. Шкура затвердела в тот же миг, шерсть поднялась дыбом. Вовремя!

Могучий удар в спину чуть не выбил из мийю дух. И выбил воздух из лёгких. Его швырнуло вперёд, и Ручеёк разом пролетел половину поляны. Закувыркался по земле, расшвыривая в стороны подстилку — и рванул дальше, уже на ходу с хрипом вдохнув воздух.

Даже выпрямляться не стал, запрыгал на четвереньках, как дикий зверь.

В глазах потемнело, плясали синие яркие мухи, ещё и снова не вовремя слёзы навернулись. Страшнее всего было промахнуться мимо сияющего прохода, но Ручеёк почувствовал его: по окаменевшей коже пробежала странная щекотка, заставляющая едва заметно шевелиться шерсть. Высунутый язык и нос ощутили покалывание. И даже оплавленные усы задрожали, чувствуя проход.

Так происходит каждый раз — но впервые Ручеёк так обрадовался этим странностям.

В синее свечение он проскочил без всяких ошибок, потерял себя на миг во вспышке — и очнулся от боли, когда покатился по утоптанной до состояния камня земле родного лоскута.

В нос ударили знакомые запахи, но дым и кровь среди них были лишними. Мёртвые слуги уже здесь? Или Великий Вожак бился с мийю?

Ручеёк вскочил на ноги, жадно стараясь отдышаться после удара в спину — и хапая широко открытым ртом горькую гарь.

На стене впереди висел мёртвый воин. Не было здесь ни Великого Вожака, ни Рыжей. А дальше полыхала роща, и зарево освещало мир дрожащим оранжевым светом.

Огонь был близко.

Вперёд было не пройти.

Когда Ручеёк оглянулся — из тусклого синего сияния прохода как раз показалась огромная серая рука. Хозяин светлого леса пришёл в Тёмную Рощу — за ним.

С другой стороны — пламя.

Куда теперь?

В сознание Юля вернулась мгновенно. Так она часто просыпалась: сон вроде бы ещё не растворился и держит в своих объятиях, но мозг вдруг молнией прошибает мысль — опоздала!

Будильники Юлю не брали совершенно, так что опаздывала она часто.

Сейчас было в разы хуже. Едва сознание вышло из черноты небытия, девушка похолодела от ужаса. В голове было только: монстры! бой! ребята!

С криком она рванулась и, превозмогая болезненный шум в голове, села и зашарила вокруг себя в поисках оружия. Оружия не было. По крайней мере, такого, с которым от неё будет толк. Остался только системный кинжал на поясе — и девушка выдернула из ножен его.

Осмотрелась только после этого — и тут же взгляд наткнулся на Лену, сидящую над бледным Мишей неподалёку от неё.

Лена что-то говорила, но мозг будто встал на паузу и отказывался осмыслять слова. Речь просто сливалась в однообразный шум — совершенно бестолковый, как хрип радио, не настроившегося на волну.

Взгляд сам собой зашарил дальше — нервно, будто рыскающий зверь. Раз! — Илья. Возится над лежащим на земле лицом вниз Олегом. Что делает, не ясно — то ли связывает, то ли перевязывает, то ли вообще за задницу щупает.

Два! — новенькая, Марина. Эта просто валяется в траве, раскинув руки. Три! — Мэй. Она там же, где и была — на крыше. Четыре! — дохлый зомби.