Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 58 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

— Хочешь, скажу тебе тогда кое-что важное?

— И это мне поможет? Конечно, хочу!

— Думай о другом, Марин. Не о безопасности, не о моей спине, за которой можно спрятаться. Доброслав научил тебя бояться. А мои ребята… Они не боятся, они идут вперёд. Ты помнишь чувство беспомощности, когда очнулась в кровати связанная и полуголая? Помнишь, как тебя пугал Доброслав? Его твари?

Она помрачнела, но кивнула.

— Я не строю на твой счёт иллюзий — ты в первую очередь думаешь не о группе, а о себе. И эта не то, что нам нужно, чтобы выжить. Появится интересный мужик, которого можно окрутить — и ты упорхнёшь от нас. И хорошо, если ещё и в спину не ударишь.

— Я!..

— Не такая? Подумай хорошо и ответь хотя бы себе, так ли это на самом деле. Самообман — тоже обман. Но я бы хотел, чтобы ты осталась с нами. У твоих навыков есть потенциал. Он раскроется не скоро, не в этом лесу — но раскроется. Подкладывать тебя в постель мужикам не собираюсь, не волнуйся. Система на десятом уровне обещает специализации — и там, возможно, будут пути без секса. Просто — контроль над разумом.

Она впилась в меня глазами. Спросила:

— И если я такая непостоянная дрянь с потенциалом — зачем мне вы? Я для вас так и буду чужачкой, которая хотела вероломно трахнуть непогрешимого тебя. Опасной и непредсказуемой.

— С нами ты тоже можешь перестать бояться, — ответил я просто. — Никакой беспомощности, никакого страха, твоя судьба — в твоих руках. Контроль не над слабовольными через навыки, а контроль над своей жизнью. Настоящая сила. А ещё — семья. Люди, которым ты сможешь доверять безоговорочно. Потому что, признайся уже себе: именно это ты и ищешь. Уверенность, внутреннюю опору. И тех, кто не предаст и не выбросит тебя, как драную кошку, когда наиграется.

— Психологом себя возомнил? — прошипела она. Правда — глядя в сторону, а не мне в глаза.

Я только плечом дёрнул:

— Подумай. Это — настоящий шанс на что-то большее. Не изгадь его. А теперь — пошли сдавать тебя ребятам.

Марина тут же поникла, как провинившаяся школьница.

— Я… Блин, дядь Никит… — промямлила она. — Может, не надо?

Я улыбнулся, вспомнив, как в первый день снимал Олега с дерева.

Ответил:

— Надо, Федя. Надо.

Получив от Системы награду за то, что пережил первые сутки, Матвей, внезапно для самого себя, просто свалил весь лут в кучу и лёг спать. Сил на то, чтобы разгребать это, не было ни физических, ни моральных.

Хотя, чего удивительного? Позади был многочасовой спуск с орбиты, в реальность которого слабо верилось до сих пор.

Тем более, Матвей сделал всё, чтобы выжить здесь и сейчас: забаррикадировался, спрятался в шкафу. Большего в его условиях было просто не добиться.

Разве что, надел поверх комбеза широченный системный пояс, который сам по себе был заодно и защитой для живота, и прикрепил к нему ножны с кинжалом. Лом и ключ просто уложил рядом, а чертежи, компас и непонятные монады свалил в углу шкафа.

И — просто вырубился.

Проснувшись, Матвей долго не открывал глаза, надеясь, что ему всё привиделось, и что на самом деле он спит в своей каюте на станции. Сейчас проснётся, пойдет в столовую, встретит товарищей. Мартину, Шин Юри, Петрова, Карэн и Абая — и вместе с ними посмеётся над дурацким сном. Но нет. Где-то очень далеко, на грани слышимости, раздался мощный удар, отдавшийся вибрацией по стенам, и Матвей вздохнул.