Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 1 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Мила оглянулась на Великого Вожака. Коротко, на один удар сердца. Больше себе нельзя было позволить: её дом горел и мучительно умирал, и последние живые мийю сейчас зависели от неё. Их и двух человеческих детей нужно вытащить во что бы то ни стало.

Великий Вожак даже сейчас, с ногой, разодранной когтями живого мертвеца, не выглядел слабым и сломленным. Хромота не осквернила сдержанных уверенных движений истинного воина, он казался… монолитным и цельным, как каменное изваяние. И он будет таким всегда — даже если пойдёт на смерть.

Как её отец, так и не склонивший головы перед предателями. Хозяин так похож на него — сдержанностью, уверенностью и великодушным милосердием действительно сильного воителя, который никогда не пойдёт против того, кто слабее просто потому, что может.

Оставлять Великого Вожака здесь — одного, раненого — не хотелось. На душе было неспокойно, живот скручивало в ожидании чего-то ужасного. Но! — его приказ нужно было выполнять.

Мила шагнула в сияющую прореху между умирающей Тёмной Рощей и Светлым Лесом. Там, по другую сторону, царила страшная жара, а злое солнце нещадно палило с небес. Но даже так оно было прекрасно.

Солнце, которое она впервые увидела именно в мире Великого Вожака.

Мила вдруг поняла, что больше всего сейчас хочет вдохнуть воздух Светлого Леса, пахнущий неведомыми цветами и травами. Пахнущий иглами странной местной листвы и липкой смолой удивительных прямых деревьев, стремящихся в небеса. Ощутить свежий ветер, дующий с холодных вершин гор.

Но, когда всепоглощающая синева прорехи между мирами схлынула, Мила снова очутилась в огненном пекле. И… по эту сторону было даже хуже.

Мягкие подушечки ступней обожгло, от горячего воздуха перехватило дыхание, а жёсткая кожа брони и одежда мгновенно раскалились. Даже сквозь защиту Мурчащего нос уловил тяжёлый запах гари, и, похоже, только эта защита уберегла усы. Если бы не она — снова бы оплавились, потому как мех на теле затрещал от жара.

Глаза успели поймать чёрное и оранжевое, а потом Мила ослепла — горячий воздух будто резанул по глазам и веки пришлось сомкнуть.

Рядом ревело пламя, трещало дерево. Страх и боль накатили одновременно, а по ушам ударил сдвоенный крик: Анюты, человеческого детёныша, и Ласки — маленькой мийю, которой угрожал мерзкий и грязный предатель, убивший маму.

Два котёнка разных народов до смерти испугались, им было больно и страшно, и это вдруг отрезвило.

Мийю боятся большого огня. Если бы не Великий Вожак, она даже не добралась бы до дома. Ни за что бы не сунулась на пылающую тропу. Когда огонь пришёл в Дом Вожака, когда пылающие брёвна сыпались на голову, только мысль о том, что рядом хозяин, удерживала в узде животный страх.

Мурчащий — странный старый безумец, от него можно ожидать всего. А вот то, что Шёрстка тоже умудрилась сдержать страх, удивительно. Мила даже подумать не могла, что она на такое способна.

Но, сейчас от Милы зависело слишком многое. Котята, Шёрстка, дети людей — Великий Вожак доверил их ей, и его доверие нужно оправдать.

Мила открыла глаза, и брызнувшие сами собой слёзы пересохли от жара быстрее, чем один раз стучит сердце. Лес пылал: под ногами чернела горячая выгоревшая трава, рассыпающаяся в золу под её шагами, деревья вокруг полыхали огромными факелами. Те, что рядом, уже догорали, вот-вот — и начнуть падать.