Книга Сдохни или умри, страница 12 – Алексей Пислегин

Отец знал, о чём говорил? Мы выживем? Увидимся?

— Лена!

В мой распахнутый в крике рот тут же прорвалось щупальце, скользнуло куда-то в пищевод, в желудок, и меня затрясло – от боли, от тошноты, от омерзения. Кисточки-черви распахнули мне глаза, подняли веки, как Вию – и я растворился в ослепительном свете.

В сиянии проступила фигура – совсем рядом, в шаге от меня. И мир схлопнулся, обрёл границы – став ею и только ею. Странной женщиной напротив, родившейся из ослепительного света сотен синих глаз.

Наверное, она могла бы быть красивой. Я видел строгое лицо с правильными чертами – как у античных статуй и женщин с картин художников Эпохи Возрождения. Одежда тоже оказалась под стать: строгое белое платье, похожее то ли на тунику, то ли на тогу, и простые серебряные украшения – браслеты, крупные серьги, диадема и кулон на цепочке. Всё – с изображениями глаз с вертикальным зрачком.

Ей было, наверное, лет сто, а то и тысяча, но выдавали это вовсе не морщины и не тело. Не было морщин, и пышная фигура была идеальной, что только подчёркивали приталенное платье и декольте.

Возраст выдавали отрешённая строгость её лица и взгляд… Такой взгляд, что по спине мурашки бежали. Было в нём что-то ледяное, бесконечно холодное и нечеловеческое. Высокомерное и презрительное, но в то же время – скучающее и равнодушное. Она видела перед собой не человека. Она видела пустое место.

И красивой я не назвал бы её из-за этого и – сцуко! – из-за третьего глаза на лбу – уродливого, пульсирующего и выпуклого. Такого же, что горел в небе. Такого же, как у напавших на нас тварей.

— Ну ты и страшная, – оскалившись, выдавил я сквозь зубы. Говорить было тяжело, гортань словно ватой забило. Глаза резало, в ушах звенело. Я смотрел на женщину и чувствовал: она. Она послала к нам монстров. Она смотрела с неба. Она. Виновата. Во всём! – Лучше верни к осьминогам, с-сука!

День первый

Уровень: нет

Статус: Внесистемный разумный

До Штурма сорок дней

В человеческих глазах глазах женщины загорелось холодными огоньками презрение. Ни злость даже, ни возмущение. Фи, какие мы ранимые и высокомерные. Всем же известно, что подростки нынче невоспитанные. Надо было узнать, кого похищаешь.

Она коснулась ладонями моего лица – и пальцы её оказались сухими и холодными, как кожаные перчатки. А я только сейчас осознал, что меня уже не держат щупальца – но пошевелиться всё равно не смог.

Системный интерфейс адаптирован

Приветствую, потомок предателей

Пришло время искупления

Когда перед глазами появились одна за другой строчки текста, я уже не удивился. На фоне остального – не такой уж и бред. “В мир пришла Система”... Может, отец не просто так нам с Леной на почитать лит- и реалРПГ подсовывал? Мы-то думали, он просто от жанра фанатеет.

— Кто ты, нахрен, такая? – выдавил я.

И в этот момент пришло понимание, что тело мне снова подчиняется. Я хотел перехватить холодную ладошку женщины – но она исчезла. Женщина, а не ладошка. Просто растворилась в воздухе. Ответ пришёл неожиданно: текстом, появившимся перед глазами.

Я – Система

— Угу, – буркнул я, оглядываясь. – Система, блин. Сука.

Внутри всё ещё кипела злоба, и было сверху того до странного неуютно от её взгляда и от здорового синего буркала на лбу. Я будто столкнулся с чем-то… не человеческим. Не с осьминогами, нет – в кино и не такую дрянь показывают.