Книга Сдохни или умри, страница 134 – Алексей Пислегин

На данж, в принципе, у меня большие планы. Пятидесятый уровень принёс мне не только повышение ключевых характеристик и очки прокачки, но и возможность снова трансформировать снаряжение. А это, на минуточку: Клементина, Перья Ворона, Крыло Альфы, Браконьер, Рубака, Клык, Волчий Хвост и Душа Рыси.

Хотя, последняя на момент поднятия уровня не у меня была, и с нею момент упущен.

Впрочем, и без неё список внушительный. Вывод: мне нужно оружие, что станет сырьём для улучшения, и нужна Божественная Суть, катализатор. Много. Крепко надеюсь, что хотя-бы парочку выбью.

— Ладно, – я вздохнул. – Я Гере-то имя еле-еле придумал. В голову ничего нормального не лезет. Ну, разве что: Биба и Боба, им вроде подходит. Лёлек и Болек ещё, Пупа и Лупа…

— Фу, нет.

— Я так и думал, – хмыкнул я. Нашим питомцам имена всегда Лена давала. У меня на такие вещи нет фантазии, да это и логично. Я же не писатель какой-нибудь. – Не знаю… Бибоп и Рокстеди?

— Это из “Ковбоя Бибопа”? – Валя, кажется, заинтересовалась.

— Нет, это из “Черепашек ниндзя”.

— Нафиг тогда, не хочу.

— Что за предъявы? – делано возмутился я. – “Черепашки” тебе не подходят, а худи с понями – норм?

— Это не просто пони, это Пинки Пай, – девушка поддержала игру. – Если ты её не знаешь – то ничего не понимаешь в магии дружбы. У “My Little Pony” есть только один объективный минус, и это – русская локализация.

— Так, – я поднял руки, как бы сдаваясь. – Давай не будем вмешивать поней. У меня идеальный вариант: Полоскун и Потаскун. Потаскуном лохматый будет.

— Почему?

— Потому что потасканный.

Валя хихикнула, но покачала головой. Предложила сама:

— Думаю, так: Хап и Хапыч.

— Типа, как снегоуборочная машина?

Девушка даже растерялась:

— Как что? Ты серьёзно сейчас?

— Угу. Народное название.

— Нет, я думала, потому что они хапают. Ну, хворост таскают, воду. Лут наш. И лапки у них такие ловкие-ловкие…

Я чуть улыбнулся. Не удержавшись, спросил:

— Надеюсь, ты у меня ничего из инвентаря не хапала?

Валя потупила глазки, и в руке у неё с белой вспышкой появился мой туристический топорик. Она смущённо пробормотала:

— Я просто разволновалась что-то…

В ответ я только рукой махнул:

— Оставь себе, у меня сейчас другой топорик. Вдруг пригодится.

Девушка кивнула, убрала топор в инвентарь. Вдруг сказала:

— А знаешь, они ведь похожи на японских енотов, на тануки. Тануки тоже здоровые – правда, толще моих, и круглее. Кавайнее, в общем.

— Логично, – хмыкнул я. – Япония же. Там всё кавайное, няшное, и пикселями зацензуренное.

— Извращенец, – отозвалась Валя. Угу, как будто это не она ещё вчера просила меня “конец воткнуть понадёжнее”, блин. – Всё, я решила.

— Ну, жги, как феникс.

— Тануки, – девушка указала на толстячка. Тот глянул на неё равнодушно – и потопал дальше. – И Мико, – смуглый пальчик поднялся в сторону лохматого. Лохматый как-то по собачьи высунул язык, подпрыгнул на месте – видимо, выражая радостью. И с каким-то непонятным торжеством зыркнул на меня.

Дожили, меня к девушке енот ревнует.

— Ну-у-у, – протянул я. – Это точно лучше, чем мои варианты. И…

Я резко оборвался, затормозил. Видя, что Валя что-то хочет сказать, тряхнул головой, и поднял кверху палец – как тот старый китаец с мемов.

Слышались гул, треск – будто через лес стая лосей ломится. Пока что шум был далеко – но он совершенно точно приближался.