Книга Объединяй и властвуй. Том I, страница 54 – Алексей Пислегин

Ветрокрыл, отчаянно вопя, распахнул крылья — и нас вжало в его спину. А уродец рванул вверх, бросаясь из стороны в сторону и пытаясь нас скинуть. Родео, блин — только фэнтезийное и малость неадекватное.

Ладно, а если так?

— ВАЛЯ! — громыхнул я. — ДОСТАВАЙ ЩИТ! КУПОЛ!

Девушка, висящая на праще и воткнутом в плоть монстра стилете, с болтающимися туда-сюда ногами, даже не обматерила меня — только кивнула. Когда в её левой руке появился тяжеленный щит, я увидел, как лицо девушки искажается от боли — теперь она висела на одной руке, ещё и весила больше. Но, синий Купол над ней полыхнул — и уже я убрал нож и призвал Гримуар.

Ледяная стена!

Скил сработал, и ледяной барьер появился в воздухе на пути рукокрыла. И — они прям нашли друг друга: рвущийся вверх монстр и полетевший навстречу земле плоский кусок льда.

Гравитация, бессердечная ты сука!

Багряная твердь!

Защиту я обновил в тот миг, когда лёд и рукокрыл с треском и хрустом столкнулись. Стена раскололась на четыре крупных части и кучу осколков поменьше.

Конечно же, сцуко, один большой осколок приложил меня по спине, вышибив из груди воздух — благо хоть, от большего защитили Багряная твердь и кираса.

Осколок поменьше ударил в раненную ключицу, и я заорал от боли, а на глазах выступили слёзы — мгновенно слизанные ветром.

У Вали дела были лучше — Купол её защитил, и она тут же убрала щит и и снова вогнала в спину ветрокрыла стилет.

Монстр в последний раз заорал — тонко, пронзительно. Его гибкая длинная шея в двух местах очень неестественно согнулась, один из рогов с мясом оторвало. Чудом уцелевшие крылья взмахнули, бросив нас выше — и замерли.

Мгновение мы висели в воздухе — почти как в мультике. Уровень Вали вдруг прыгнул с тридцатого на тридцать первый, и мы вместе с тушей ветрокрыла ухнулись вниз.

Ветер ударил в лицо, ноги рванулись вверх, болтаясь. Я вернул бесполезный теперь нож в быстрый доступ, подловил момент и крепко вцепился в предплечье болтающейся рядом Вали.

Блинк!

Мы телепортировались в сторону, и с трупом монстра праща нас больше не связывала. Стилет с белой вспышкой исчез из Валиной руки, и мы потянулись друг другу, снова намертво сцепились. Мою спину обхватили Валины руки и ноги — а как это переросло в поцелуй, я и сам не понял.

М-ма-а-ать! Как вообще мой охреневший от нагрузок организм нашёл силы на стояк?

Я распахнул крылья, и снова взял курс на северо-запад. Как бы то ни было, хотя бы к точке сбора мы так доберёмся быстрее.

Внизу проносились, постепенно приближаясь, зелень лесов и сверкающие ленты ручьёв и речушек, и редкие небольшие озёра. Мы преодолели километров пятнадцать, по ощущениям. Впрочем, может и меньше — время для меня тянулось, как прилипшая к подошве жвачка, и мне совсем расплохелось.

В голове стоял туман, в ушах гудело, а перед глазами плыло, и приходилось отчаянно моргать. Хотя, это ещё фигня. Больше на нас не нападали — и в какой-то момент моя шкала ярости стремительными рывками ушла вниз. Тогда то и пришла боль — боль, сука, во всем теле, в каждой мышце и каждой кости.

Последствия истощения были даже хуже, чем боль от разрубленной ключицы. А уж как злобно кислота жгла желудок, требуя срочно что-нибудь сожрать…

Валя была не многим лучше — она вся вспотела и побелела, цепляясь за меня. Я чувствовал, как дрожат её напряжённые руки и ноги. Успокаивал себя только одним: осталось немного. Минута, две от силы — и мы приземлимся.