Книга Яростные сердца, страница 95 – Алексей Пислегин

Тин кивнул и, замедлив полёт, пристроился справа от меня. На сгибе левой руки у меня сидела Айка, задумчиво глядя в крону исполинского древа. При моей прокачке вес худенькой сильфиды едва ощущался.

— Да, когда-то нашу Рощу населяло множество жителей. Не только друиды, служившие Зверобогу — но и многочисленные паломники, философы, маги природы, мастера, целители… Все, кому нужны были мудрость повелителя Рощи, его сила, знания… И разумные, что за звонкую монету могли предоставить этим гостям кров, еду, горячительные напитки и развлечения.

Я еле удержался, чтобы не хмыкнуть: это не совпадало с моими представлениями о друидах. В голове был образ из «Ведьмака» — блаженные деды, веганы-пацифисты, живущие в шалашах и сильно ограниченные своим специфическим мировоззрением.

— Это был оплот просвещения, породивший множество славных магов, алхимиков, философов, — продолжил Старый Тин. — Университеты присылали на практику студиозусов, в аудиториях кипели диспуты, а в переулках — дуэли.

— Честно — от места обитания друидов я ждал чего-то… Более сдержанного, консервативного, — я хотел сказать — пуританского, но в системном языке такого слова не было, что логично. Ограничился какими-никаким синонимами. — Студенты на выезде, если рядом есть ещё и алкоголь — это же как наводнение в горящем борделе. А у вас тут и кроме них народу хватало. Это всё не противоречило, ну… Друидскому мировоззрению?

— Наводнение в горящем борделе, — повторил Тин довольно. — Такого я ещё не слышал. Вы студиозус, юноша?

Вот тут я хмыкнул. Так-то, даже школу не закончил. Но, зато побывал в десятках разных школ и посмотрел на самых разных школьников. Тусил на сельских дискотеках, пару раз бывал на городских вписках, ошивался по подъездам и детским площадкам, ходил в походы, купался в многочисленных реках, озёрах, прудах…

В общем, какие только виды досуга я не зацепил, пусть в большинстве случаев всё же невинные и безалкогольные. Усвоил одно: подростки — это стихийное бедствие. У меня ещё воспитание специфичное, я довольно сдержан, если меня не выбешивать. А от одноклассников на какую только дичь не насмотрелся.

Со многими ребятами после переезда продолжал общаться в сети, в том числе — с теми, кто после девятого пошёл в колледж. Студенческих историй наслушался вдоволь — и там всё ещё хуже.

— Вроде того, — ответил я. Вряд ли в магическом средневековье, ещё и тысячу лет назад, было всеобщее среднее образование, так что мой статус школьника тут всё равно не поймут.

— Но вот о друидах вы не знаете ничего, — немного ехидно заметил Тин. Сейчас он снова создавал впечатление благодушного древнего мудреца, а не безэмоционального деда с холодным взглядом. — Наша цель — соблюдать природное равновесие и бороться со Скверной. Этому не противоречат гулянки студиозусов. И даже гулянки профессоров и архимагов. По крайней мере, когда никто не призывает пустотников и не воскрешает мёртвых.

— Что случилось после?

— Вы не знаете историю войны Дракона и Светлейшей? И последующего Бунта против Небес?

— А мы и не из этого мира, — улыбнулся я. — Точнее, я и моя сестра родом отсюда, но нас спрятали в другом мире. Почему, как — я не знаю. Про само существование вашего мира, Системы и всего остального я узнал меньше недели назад. И по крупицам собираю информацию, чтобы хоть как-то разобраться в этом бреду.