Книга Фантом. Инженер системы 1, страница 14 – Артем Сластин, Игорь Ан

Пока же, как я не всматривался, не видел никаких объектов на тросе. Если лифта нет… хотя, куда бы ему деться… то я просто задохнусь, потому что кислорода не хватит на путь до Земли. Ведь гнать как сумасшедший я не смогу. Нужно будет сделать перерасчет и понять, когда начинать тормозить. Да и вообще, разгоняться ещё быстрее слишком опасно — это как раз гарантированная смерть. Это будет уже не спуск, а затяжное падение. Если не успею затормозить, то сгорю в атмосфере, как метеорит.

Ещё через час отчаяние вновь накрыло меня. Снова остро вонзаясь в сознание оглушительным звоном, заявило о себе одиночество. Я преодолел тысячи километров — но цели этого безумного спуска видно не было. И тут сердце ёкнуло.

Вдалеке показалось красноватое свечение, хорошо видимое на фоне царящей вокруг черноты. Орбитальный лифт, он же «трамвай» — огромная конструкция, висящая в космосе на тросе. Я мысленно возблагодарил советских инженеров, благодаря гению и предусмотрительности которых в аварийной ситуации включались химические светильники. Я только сейчас понял, что мог бы заметить кабину лифта слишком поздно. Быть может, я бы и успел затормозить, но делать это пришлось бы в очень экстренном режиме.

— Чёрт… Ладно, ладно… Готовность номер раз…

Я быстро пересчитал параметры: текущая скорость, расстояние до лифта: всё указывало на то, что времени остаётся крайне мало.

Процедура экстренного торможения была проста: я заклинил вращающийся механизм, увеличив силу трения между деталями и одновременно закручивал винты тормозных колодок.

Металл завибрировал, колодки и трос нагрелись от трения. Вся конструкция затряслась, словно протестуя против таких нагрузок. Один из болтов, которыми крепилась тормозная система, не выдержал и сорвался, отчего тележка дернулась и опасно накренилась.

— Не сейчас, только не сейчас!

Я пытался сохранить равновесие. Хорошо, что был зафиксирован ремнями. Система начала терять управление. Тормоза работали с перебоями, а скорость спуска оставалась слишком высокой. Болтало безбожно. Куда там самолетам с их турбулентностью — детские игры.

Лифт стремительно приближался.

— Так, без паники! Дело-то житейское. Кто не выполнял экстренного торможения тележки на тросе космического лифта?

Я огляделся, пытаясь найти решение. Шутки шутками, а разбиваться, находясь так близко от спасительного «трамвая» не хотелось. Взгляд упал на баллоны аварийной системы пожаротушения, которые я предусмотрительно прикрепил по бокам. Это была последняя возможность остановиться, пусть и с риском для жизни. Для этого я её и делал, но хотел сберечь до последнего, надеялся, что воспользоваться не придется.

Быстро переключив клапаны, я направил сопла баллонов вниз, против вектора спуска. Газ вырвался мощной струёй, и тележка резко замедлилась. Однако, давление оказалось слишком сильным — ещё несколько болтов не выдержали, и конструкция начала разваливаться прямо на ходу.

Крутанув оставшиеся вентили, я окончательно разбалансировал систему. Затем, схватив в охапку два кислородных баллона, отстегнулся и отпрыгнул в сторону, покидая свой небольшой спасательный бот. Я понимал, что тормозить не отбалансированными баллонами — верная смерть, но выбора не было. Либо я смогу удержать равновесие, либо сдохну. Меня могло закрутить, отбросить в сторону, швырнуть на трос, да я мог попросту не удержать баллоны, но все, что сейчас было в голове — это вера в собственные силы и мысль, что я нужен дочери.