Книга Алхимик из Леоса, страница 165 – Елена Баукина

— Держитесь рядом, — сказал Джек двум войнам и волшебницам.

Анна подошла к стене и притронулась к ней ладонями. Окна изменили свою форму, превратившись в узкие длинные проёмы, через которые мог попадать свет, но не зловещие твари. Несколько демонов, попытались пробраться в окна, пока они закрывались. Сандрин уничтожила троих огненными стрелами. Двое демонов застряли в сузившихся окнах. Джек и Барсук отрубили им головы.

— Мы в безопасности, — расслабилась Сандрин и вздохнула с облегчением. По лестнице снизу к ним бежали люди, среди голосов Ласточка с радостью различила голос отца.

«Жив, отец, жив!» — подумала юная графиня. Граф Эдвад Кордейн поднялся к дочерям в сопровождении нескольких стражей с алхимическими фонарями. Анна бросилась навстречу отцу. Сандрин вдруг вспомнила о книгах, которые они с сестрой оставили в спальне.

Ласточка рывком открыла двери. Перед ней стояла чёрная фигура с красными глазами и тяжёлым зловонным дыханием. Ласточка бросилась в сторону, но волчья пасть успела сомкнуться на её ключице почти у самой шеи. Обернувшаяся Анна завизжала. Острая боль заставила Сандрин закричать. Она выхватила солнечную стрелу из колчана и стала яростно втыкать в голову твари. Демон таял, но не отпускал её, чёрная кровь смешалась с красной. Сандрин чувствовала, как теряются силы.

«Получай, тварь, я умираю за отца, за брата, за сестру, за Мишеля…» — подумала Ласточка, проваливаясь в белый дым беспамятства.

Когда дым несколько рассеялся, Садрин почувствовала, что её кто-то несёт. Глаза открыть она не смогла.

— Что можно сделать, Горознай? — услышала девушка над собой голос отца и ощутила сильную острую боль.

— Только невозможное… — ответил алхимик, шаги и голос которого она сразу узнала.

Сандрин снова провалилась в туман. Когда туман снова рассеялся, она услышала, как над ней шептали молитвы, какая-то женщина плакала без умолку. Боль волной пробежала по всему телу.

— Она начала превращаться, сэр Эдвард… — сокрушался Мишель Горознай, голос мэтра дрожал.

— Горознай, если ничего не поможет, лучше убей! — строго сказал ему граф Кордейн. — Моя дочь не может быть такой… Всем уйти, тут нечего смотреть!

Мишель Горознай промолчал в ответ.

Молившиеся над ней люди зашагали прочь. Сандрин с большим трудом, но всё же смогла открыть глаза. Перед ней стоял бледный Мишель, учитель, очень дорогой для неё че… полуэльф. Он то и дело хмурился и боялся смотреть на юную леди Кордейн.

Сандрин хотела спросить у него: «Что происходит?», но не смогла издать ни единого звука. Почему она вдруг онемела? Садрин дёрнулась, хотела подняться, но вдруг с ужасом обнаружила, что пристёгнута ремнями к широкому столу. К обычному, даже какому-то подлому столу из досок. На подобных столах мясники разделывали туши баранов или телят. «Что они хотят сделать со мной? Неужели убить?!» — испугалась юная леди, задёргалась сильнее и застонала.

— Сандрин, милая Сандрин… Ты больна, прошу тебя, успокойся, — пытался объяснить ей алхимик Горознай.

«Предатель!» — думала девушка, боясь даже предположить, зачем её связали. Она с трудом осмотрелась вокруг, желая понять, где находится. Тёмное помещение казалось незнакомым. Пахло сыростью и плесенью. Сандрин заметила цепи для узников под потолком. Алхимический фонарь выхватывал из полумрака дверь с решёткой. В неё вошёл круглолицый, чисто выбритый человек в шлеме поверх бегуина. В нём Саднрин сразу узнала стража темницы.