Книга Алхимик из Леоса, страница 48 – Елена Баукина

— Сегодня особый день, ты станешь частью нашего крепкого союза и займёшь в нём достойное место.

Мэгги немного задумалась и замерла на месте. Она почувствовала себя маленькой бабочкой, запутавшейся в паутине. Стоило махнуть крылышком и липкие волокна сплетаются крепче. Что ещё может отнять у неё этот чернокнижник? Жизнь отнята, свобода тоже, даже близких людей совсем не осталось. А Себастьян обязательно возьмёт что-нибудь ещё…

— Я уже дала на это согласие, Ваша светлость!

— Себастьян сказал, что желает испытать тебя и порадовать, — настаивал герцог и тянул её к лестнице в подземелье. Мэг Лори некуда было деваться и она последовала за Таракатом к двери в подземелье.

Казалось, лестница, круто спускавшаяся во мрак, никогда не закончится. Они спускались все ниже и ниже. Мэгги почувствовала неприятный запах гниения, остановилась и поморщила нос. Словно её теперь тянули в Пещеры забвения, не иначе.

— Согласен, пахнет отвратительно, но ведь это подземелье, — улыбнулся Радвир и его шрам на лице съёжился и покраснел.

— Никогда не была в таком месте, — ответила Мэгги, которой совсем не хотелось улыбаться.

Вся округа боялась попасть в этот ужасный застенок. Здесь люди и нелюди пропадали без следа и без возврата. Наконец, лестница закончилась. Спутники вошли через тяжёлую дверь. Герцогу пришлось наклониться, чтобы пройти в неё. Охрана подземелья приветствовала их поклонами. Коридоры подземелья освещали факелы. Мэг и Радвир прошли мимо нескольких пустых открытых камер. Но даже пустые камеры смотрелись жутко. Распахнутые решетчатые двери, словно раскрытые пасти чудовищ, ждали кого-то среди мрака и мерзкой влаги. Запах гнили стал ощутимее. Мэгги поёжилась.

Они дошли до просторного и более светлого помещения, окружённого решётками, освещаемого несколькими большими магическими горелками. Посередине этой залы стоял на коленях тонколицый эльф в оковах. Лицо эльфа сплошь покрывали синяки и кровавые подтёки. Он услышал шаги и поднял ясные голубые глаза на чародейку.

Мэгги вспомнила, как эльфа Ронаэля привели в замок в день новой луны. В тот день чародейка прогуливалась вдоль холодной зубчатой стены. Через ворота замка въехали всадники и повозка с пленниками. Стражи стащили с повозки золотоволосого эльфа. Эльф смотрел на небо, прощаясь с солнцем. Пленника подхватили под руки и втащили в холодный каменный застенок.

Сейчас Себастьян Рамерсет с озадаченным лицом стоял недалеко от пленника и в раздумьях поглаживал подбородок.

— Проклятые эльфы быстро мрут и совсем не подходят для опытов. Сколько их передохло, а толку никакого! Люди и другие твари куда лучше мутируют. А эти просто дохнут! Стоит закрыть эльфов в темнице и они увядают словно цветы. Как я ненавижу вас, дети богини Солиры!

Эльф засмеялся.

— Глупец! — сказал он чернокнижнику. — Мы, дети солнца и леса, не можем стать порождением мрака и грязи.

— Ты не страшишься смерти, Ронаэль? — спросил Себастьян и схватил эльфа за золотистые длинные волосы.

В этот момент Магги ощутила преступное чувство наслаждения в сочетании с угрызениями совести и страхом.

Эльф терпеливо мочал. Ранее чародейка пожалела бы смелого эльфа, но теперь ей сделалось всё равно до его страданий. По её холодному телу пробежала приятная дрожь. Правда и ненависти к нему она тоже не испытывала.