Книга Алхимик из Леоса, страница 68 – Елена Баукина

Но граф ответил холодным молчанием.

— Но уроки не вредят… — хотел вмешаться учитель, но встретил суровый взгляд Эдварда Кордейна и замолчал.

Граф Эдвард оценивал ущерб от беспорядка, устроенного детьми. Слуги поднимали стулья, щиты, погнутые Анной. Потом граф Эдвард добрался и до алхимика. Господин Горознай поглаживал пальцами кончик острого уха и что-то бормотал под нос на эльфийском языке.

— Вы, юноша, тоже наказание получите, — вдруг заявил граф. — И не вздумайте мне перечить!

Мишель вскочил со стула и вытаращил глаза:

— Я… за что? — тихо пробормотал он.

— Наказание? — переспросила у отца Ласточка и почувствовала дрожь.

Алхимик вдохнул полной грудью и собирался духом, чтобы принять приговор графа.

На лице сенешаля Джека Матвина появилась довольная ухмылка. Он стоял за спиной графа Кордейна, поправлял пальцами свои густые русые волосы и грозил мастеру кулаком. В замке не было человека влиятельнее и выше сенешаля Джека. Няня Мирабель приторно улыбнулась Матвину и ласково на него посмотрела. Так ласково она раньше не смотрела даже на детей графа.

— Милорд заточит меня в башне Грёз? — попытался пошутить полуэльф.

— Хорошая мысль, — подметил граф Эдвард. Он подошёл ближе к Мишелю. Алхимик невольно вздрогнул. — Ты отправишься в имение Багряные холмы, к моей кузине, вдове и графине Клеменс Бригорди. Она всё время жалуется на жуткие головные боли, на шестерых незамужних дочерей и на несносных мужчин.

Мишель скорее предпочёл бы заточение в башне. Он перевёл дух и как-то жалостливо посмотрел на графа Эдварда. О вдове Клеменс ходили странные слухи. Эта дама средних лет окружала себя молодыми пажами и благоволила рыцарям, а однажды, навестив замок кузена Эдварда, восхитилась прекрасным молодым полуэльфом, потом намекнула, что ей очень нездоровится и настоятельно предложила одолжить у любезного кузена лекаря Мишеля Горозная.

— Милорд, всем известно, что на самом деле мучает вашу кузину, — отчаянно пытался отговорить графа Эдварда господин Горознай. Он возвёл взгляд к потолку и прочёл про себя молитву богине Сцине. Графа Эдварда это изрядно позабавило. Он, наконец, улыбнулся сквозь каштановые густые усы и потрепал молодого человека по плечу.

— Горознай, ты достаточно умён, не зря же тебя прозвали «Горознаем». Капризы моей кузины тебе нипочём. Твоя задача — во всём ей потакать, выполнять дамские капризы. Даже самые необычные… — подмигнул он юноше.

— Не та ли это тётя, от жалоб которой можно с ума сойти? — подозрительно спросил у отца Артур. — И почему мы должны отдавать ей своего учителя?

Эдвард не ожидал такого вопроса:

— Кто тебе такое сказал? — переспросил Артура ошарашенный отец.

— Ты, папа, — без тени сомнения брякнул маленький лорд. — Ты так сам и говорил, я точно помню!

Граф поперхнулся, сдерживая ругательства за зубами. Он редко сдерживал эмоции:

— Только тёте Клеменс не рассказывай!

Артур немного смутился. Он снова сболтнул глупость. Маленький лорд притронулся к руке отца. Его детские пальцы казались игрушечными по сравнению с сильными пальцами лорда Эдварда.

— Я опять думаю неправильно? — в сомнении произнёс малыш.

— Не переживай, — подбодрил его отец, — с возрастом пройдёт…

Джек Матвин язвительно заулыбался Мишелю. Мастер Горознай отвернулся от сенешаля, делая вид, что ему все равно. Няня Мирабель вцепилась в руки Анны и Сандрин, подтолкнула Артура, откланялась лорду, и потащила детей из зала.