Книга Хозяйка мертвой воды. Флакон 1. От ран душевных и телесных, страница 38 – Эдуард Поляков, Елена Баукина

Да это не скальпель даже, а просто маленькие овощной нож, заточенный до бритвенной остроты. Раз уж на то пошло, ей пора обзаводиться профессиональным инструментом, специально изготовленным для того, чтобы оперировать людей, а не чистить картошку с репой.

В дверь постучали как раз в тот момент, когда Ольга готова была расплакаться и послать всех к чертям собачьим. Ей сейчас безумно хотелось домой, к маме и даже к отчиму, убраться отсюда, снова стать простой и беззаботной студенткой.

В дверь постучали снова, теперь более громко и настойчиво. Целительница встала, на подгибающихся ногах подошла к двери и открыла. За дверью ее поджидал староста Зоран. Он был бледен и чем-то встревожен.

— Гномы пришли, – сказал он не отводя от Ольги взгляда. – Это Хедвига, жена тана гномов.

Сначала лекарша не поверила своим ушам, но увидев серьезное лицо старосты, поняла, что все это не шутки.

— Хорошо, пусть принесут ей вещи. Здесь ей задержаться придётся. Родилась двойня, нужна кормилица что ли, мамка их вряд ли сегодня проснётся, – произнесла Ольга и присела на порог, стоять сил абсолютно не осталось.

Зоран Горыныч молчал некоторое время и покусывал свои тонкие потрескавшиеся губы. А затем всё-таки решился и произнес:

— Они за ее головой пришли, – выпалил он на одном дыхании, словно хотел избавиться от тяжких слов.

Зоран говорил серьезно и похоже шутить не собирался. Навис над сидевшей на пороге избы Ольгой, словно туча над лесом в погожий денёк. Она чувствовала над ухом его прерывистое дыхание, но просто так не собиралась уступать. Да это какой-то бред! Потратить столько сил и нервов на то, чтобы спасти гномов, и нате: отдай их на расправу ошалевшим дикарям из её же народа.

— Что? – произнесла Ольга, поперхнувшись воздухом и привстав.

Зоран уточнил:

— У них не принято, чтобы детям рождаться помогали. Дети, которых кроме матери первым увидел не отец, осквернены.

— Что за бред собачий? Они на самом деле дикари? – возмутилась лекарша. Неужели она зря так рисковала, чтобы спасти жизни этих малышей.

— Я бы не был так скор на язык, Хельга, – предостерег староста Ольгу. – Тан Аин, сын Яхнта, не стерпит таких слов.

— Так что, ее муж ещё и титулованная задница? Вот повезло!

— Я же прошу тебя, не выражайся так о Аине Яхнте – навлечешь беду! – снова повторил свои предостережения староста росомах, обернувшись посмотреть не услышал ли кто. – У гномов не только жестокие и жесткие традиции, но и к тому же они весьма злопамятны. Шуток гномы не понимают и иногда воспринимают все, как личную кровную обиду. Бывали случаи, когда правнуки мстили деревням, за обиды, причиненные еще их прадедам. Притом, этой обидой могло быть когда-то неосторожно сказанное слово.

Зоран похоже сейчас готов был отдать женщину-гнома, лишь бы избавиться от проблем. Ольга встала в дверях.

— А у нас говорят, «на обиженных воду возят», – усмехнулась целительница.

Но Зоран не отступал ни на шаг.

— С гномами лучше не ссориться, Хельга. Они не великие бойцы и не имеют больших армий, зато прекрасные рудокопы и снабжают нас всех на поверхности металлом и его сплавами, – Зоран вел себя как чиновник, которому главное уладить все без лишних проблем, чтобы все дело «шито-крыто». – Это тебе не шутки, Хельга!