Книга Адриана. Наказание любовью, страница 148 – Елена Баукина

Месть свершилась.

После мы вернулись в имение Мюля, а оттуда я направился прямиком во дворец Гнездо Ящера. Я должен был вернуть то, что принадлежало мне по праву рождения. К чему меня готовили в течении всей моей недолгой жизни.

По прибытии в Сендарин, я посетил своих друзей. Все они были из влиятельных семей игравших немалую роль в государстве. Особенно Вил Миранд. Как ни странно, но мой отец еще был еще жив. Ни самозванец, ни мой дядя Гротер не тронули его. Скорее всего об этом позаботилась моя бабуля.

Собрав небольшое войско я отправился к дворцу. Весть о моем возвращении быстро разлетелась среди охраны дворца. Я явился к воротам дворца верхом боевом ящере. Желтом, словно песок Бескрайней пустыни, Задире. То что ящер подпустил меня к себе было ярким доказательством того, что истинный Адриан Хаминг.

Народ ликовал, приветствуя меня и требовал незамедлительно свергнуть самозванца. Народ хотел напится кровью того, кто в последние месяцы разваливал потихоньку то, что строилось веками. Из-за повышения налогов в некоторых областях Сендарина начался голод. Люди ели степную траву. Появлялись и случаи людоедства. В других, участились налеты и нападения бандитских шаек. Марграфы северных районов Сендарина, с молчаливого согласия этого выродка все же сделали воду для крестьян платной. Из-за чего в этих областях началась настоящая гражданская война. Запасы железа тоже подходили к концу. Оставшиеся во владении Сендарина остатки рудников не могли обеспечивать весь Сендарин. Железо приходилось покупать у врагов.

— Тебе не позавидуешь, Адриан. Этот самозванец превратил нашу процветающую страну в руины. - Эликс ехал со мной на Задире у меня за спиной.

Я обернулся.

— Я не позволю этому выродку уничтожить Сендарин! - заверил я я своего друга.

Неподалеку находились и другие мои товарищи. Вил Миран, Лис Хёкем и Тео Шердан. Отец Тео, инженер приказал подкатить к дворцу несколько многоствольных пушек.

Дворец был взят без особого труда. Часть охраны добровольно сложило оружие. Я ворвался во дворец, карая мушкетом и шпагой всех, кто становился у меня на пути. Несколько человек нашли смерть от моего оружия. Убив охрану, ворвался в кабинет своего отца, где прятался самозванец.

Этот трус забрался под стол. Плакал и рыдал. Мой друг Вил, принялсящекототь ему пятки кончиком шпаги. Клент вздрагивал и закрывал голову руками. Если бы умел говорить, скорее всего умолял бы сохранить ему жизнь.

— Прекрати, - настойчиво попросил я друга.

Я приказал посадить его в кресло и поговорить с ним. Сорвал маску, посмотрел ему в глаза.

— Ты хотел убить меня, Клент. Ты, презренная скотина, как только заболел мой отец отправил меня прочь из дворца. Ты хотел стать таким как я?

Клент взмок от страха, сжал гневно губы и мотнул одобрительно головой. Наверняка, он считал такой исход правильным. Он не просил приводить его в эту золотую клетку, чтобы играть эту нелегкую роль. Этот немой был заранее обречен. Я знал об этом. И он знал об этом.

— Я все понимаю, ты боролся за свою жизнь. За право дышать. Не я сделал это с тобой.

Самозванец был хорошо одет. Кафтан его был расшит золотом и серебром. На столе стояли лучшие вина и яства. Две красотки, которые скорее всего развлекали его, дрожа от страха лили слезы и жались в дальний угол кабинета. Верные мне люди не выпускали их из кабинета. Мог ли он, презренный сын рабыни и крестьянина позволить себе такую роскошь?