Книга Сопряжение. ЗИЛ-1, страница 11 – Эдуард Поляков

Не открывая глаза думаю: "Что же тоже я такое я сбил"? Лось? Медведь? Скорее всего, первое, учитывая что при ударе "буханка" встала колом, будто встретилась с бетонным блоком. Открываю глаза, ощупывая и без того разбитое лицо, а теперь еще и сломанный нос. От столкновения лобовое стекло вмяло в салон, и в нем угрожающе торчит монтировка, ранее лежавшая в кузове под запаской. В глазах невольно всплыли кадры из фильма "Пункт назначения". Если бы сантиметров на сорок правее, то в моем доме заиграла бы похоронная музыка.

Попытка открыть дверь не увенчалась успехом, ее заклинило. Выбравшись через кузов обхожу авто, осматриваю то, что я сбил и отхожу в сторону. Рука зачерпывает остатки колючего наста с обочины. Конечно, было бы лучше умыться снегом или просто холодной водой, но за неимением кухарки… В общем обходимся тем, что есть. Достаю из внутреннего кармана флягу и делаю щедрый глоток. Сейчас нужно посидеть пару минут и меня отпустит.

Не отпустило. Перед буханкой, которая была помята как морда мопса, лежало нечто... Отдаленно, в темноте, это можно было спутать с медведем. Вот только у медведя шерсть, а не камень. Да и высотой это существо было метра три, может и больше. Оглядев это нечто внимательнее, обнаружил что существо покрыто камнем не полностью, кое-где имеется толстая, мозолистая кожа.

До поцелуя с грузовиком эта неведомая дичь была сильно ранена. Кто-то, страшно даже подумать кто, вскрыл грудь этого гомункула как банку со шпротами. На груди не хватало кожного, или вернее сказать, каменного покрова размером с дверь. Это нечто явно билось в предсмертной агонии и, выскочив на свет фар, само искало смерти.

У этого... даже не знаю как назвать, имелась и голова. С кривыми желтыми зубами, неприкрытыми деснами, отчего казалось будто даже мертвым оно, надо уже наконец придумать как называть эту дичь, скалится. Нос, будто отрезанный или подгнивший, как у сифилитика. Маленькие закрытые глаза.

А еще я нашел причину скоропостижной смерти этого плода противоестественной любви гориллы со скалой. Широкая зарубка, точно сделанная метким ударом топора, от середины лба до затылка. Вновь посмотрел на "буханку", Машине хоть и досталось, но мотор не заглох. Это, чем бы оно ни было, похоже действительно хотело самоубиться, приняв смерть от бампера с кенгурятником. Стоило ему принять удар выше и я бы "отъехал", а оно обзавелось бы рубашкой из жести и "елочкой-вонючкой" вместо дезодоранта.

Я склонился над мордой, раздумывая что делать. Вызвать ментов? Так они от него и удирали в режиме "дагестанская свадьба". Просто уехать? Начнут прочесывать дворы, найдут помятую буханку и "впаяют" за неоказание помощи.

Раздумывая над этой дилеммой я достал фляжку и сделал из нее хороший глоток. Нужно было успокоить нервы. Кроме того, меня мучил еще и другой вопрос.

— Как же тебя называть, неведомая чудь? - я склонился пытаясь получше рассмотреть морду, но глаза приковал шрам на лысом черепе и в мой усталый мозг пришло озарение. - Копилка! Нарекаю тебя Копилкой и назначаю пророком всех суицидников и грозой Роскомнадзора.

Будто услышав мои слова, это нечто открыло глаза. Фляжку выбило из рук, дорогой пиджак треснул, зацепившись за острые края каменной руки чудища. Я реально слышал как трещит собственный череп! А потом свет выключили.