Книга Молодая кровь, страница 34 – Эдуард Поляков

— Не думала, что ты так легко их определишь и вспомнишь название таланта, — сдержанно похвалила меня Лиза. — Просто пси-архитекторы — довольно редкий талант. Их часто забывают на экзаменах.

Произнеся последнее, она поджала губы, явно вспомнив свой экзамен.

— Давай, давай дальше! — вошёл я во вкус этой квиз-викторины.

— Хорошо… — прищурилась Лиза, явно выдумывая для меня что-то посложнее. — Марк Петров! Помнишь такого?

— Это который «Понт»?

Борис рассмеялся:

— А он предпочитает, чтобы его увеличили не иначе как «Пламя».

И ещё больше рассмеялся, увидев, как я закатил глаза.

— Ой, ребята, вам ли не знать, что хороший позывной нужно ещё заслужить! А пока он — «Понт»!

— Сумрак, не увиливай, — призвала меня Лиза к ответу.

— Энергокинетик⁈ — протянул я. — Но тут не уверен. Может и структурный архитектор. Он ведь вроде как концентрировал кислород, а потом поджигал его.

— Правильно, он структурный архитектор, — сжалилась надо мной Лиза. — Он может только манипулировать с воздухом как с материей, а поджигать приходится по старинке — пьезозажигалкой.

Тут Лиза замолкла, и меня почему-то дёрнул чёрт напомнить ей о пропущенном классе талантов.

— А как же пси-архитекторы?

— Ну, это редкие классы, — замялась Лиза. — Если честно, то я лично таких знаю всего пару человек, а ты с ними, наверное, вообще не встречался.

Я покачал головой, признавая её правоту.

— Осталось теперь разобраться, какой у меня талант. Или его нет вовсе?

К моему удивлению, ребята не стали меня подбадривать, а, переглянувшись, сделали вид, что не услышали.

Ладно, пришло и моё время вскрывать карты.

— Если честно, то я вам тоже не все свои секреты рассказал, — изобразив смущение, улыбнулся я. — Лиза, кидай запрос на сопряжение.

— Что? Э-э-э, зачем?

— Просто кидай и всё, — отмахнулся я от лишних вопросов.

Лиза не подвела, и через секунду на моём ганте загорелся жёлтый индикатор входящего запроса на сопряжение.

Естественно, я его принял.

— Меня зовут Елизавета Гагарина, и я техно-эмпат, — выдала своё признание Лиза, и жёлтый светодиод на моём ганте сменил цвет на зелёный, сообщая, что Лиза сказала чистую правду.

— Теперь ты, — уже слегка заинтересованно напомнила она.

Причём её глаза бегали между мной и её гантом, который пока ещё не сменил свой индикатор синхронизации.

Я набрал полную грудь воздуха, будто решаясь, и, выдохнув, ответил:

— Ну хорошо… Меня зовут Елизавета Гагарина, я девочка двенадцати лет и очень люблю розовых единорогов с шоколадом. Мой любимый цвет — фисташковый с розовым. А ещё я питаюсь тараканами и умею летать.

Сначала под скептическим взглядом Лизы на мне едва не загорелась одежда. А вот когда на её ганте вспыхнул зелёный индикатор, сообщая ей о том, что я сказал чистую правду, и полная синхронизация достигнута, глаза девушки округлились.

— Вот примерно такой реакции я и ожидал, — с лёгкой иронией покачал я головой.

— Но это же невозможно!

— Не знаю, Гагарина, возможно это или невозможно, но либо я действительно двенадцатилетняя девочка, которая умеет летать и пытается тараканами, либо мой талант — это красиво врать.

Несколько часов упорных тренировок дали… Скажем так, скромные результаты.

— Знаешь, для первого дня неплохо, — попыталась приободрить меня Лиза. — Тебе просто не хватает концентрации.