Книга Велесовы сыны, страница 23 – Эдуард Поляков, Дмитрий Васин

Глава 6

Человек навсегда прикован к прошлому:

как бы далеко и быстро он ни бежал -

цепь бежит вместе с ним.

Фридрих Ницше

В старинном дворянском склепе, где располагалось логово кровососов, было на удивление чистенько и комфортно. Молодой вампиреныш, с личиком Купидона, исполнял функции администратора-распорядителя. Всё было отлажено до мелочей, как в хорошей гостинице или отеле, даже ресепшн присутствовал.

Номера, конечно не пятизвездочные, как в Хилтоне или Континентале, но очень богато обставлены для провинции. Мебеля стояли сплошь антикварные, из ценных пород дерева - дуб, ясень, махагон. Посуда для гостей с вензелями, сусальным золотом писаная. С неё, говорят, сам Матвей Иванович Платов вкушал атаман казачьего войска Донского. Он прошел путь от урядника до генерал-майора с самого низа. Сын казачьего старшины до самых высоких титулов и регалий дослужиться смог. Графский титул имел, с Суворовым и Кутузовым знакомство водил, а читать так и не научился. Доблести и отваги великой был человек, а потому и карьера его продвигалась стремительно.

Повсюду висели казачьи бурки, башлыки, нагайки, шашки, кинжалы. Многие серебром, золотом были отделаны, украшены чеканкой и инкрустацией. Оказалось, что Николай Петрович сам старинного казачьего рода и службу начинал под началом генерала Платова в чине урядника, как и он. А ранен был в ходе знаменитого штурма Очакова. Там же, в лазарете, молодая помощница полкового врача его в вурдалака и обратила.

Умирал казак от заражения крови и гнойного перитонита брюшины. Лекарств не было совсем, пенициллин ещё не открыли, гибель неминучая надвигалась. Смерть от ранения в живот всегда очень долгая и мучительная. Опиаты, для облегчения боли, в лазарете отсутствовали. Проще было его добить, чтобы не мучался шибко. Метался хлопец в горячечном бреду, стонал, но ничего поделать было нельзя. Вот тогда-то влюблённая, до беспамятства, в него медсестричка, родом из Бессарабии, сделала всё, чтобы спасти своего любимого. Так и образовался в родном селе урядника Всевеликого Войска Донского, филиал Посольства Содружества Суверенных Славянских Миров - «Рапсодия». Он существовал уже много лет и ещё столько же просуществует. А урядник Николай и поныне служит России, правда теперь несколько в ином качестве.

Рапсодия - эпическая песнь, в переводе с греческого. Казак Николай Петрович, хотя и дорос, за два с половиной века, из рядового вурдалака, до могучего упыря, внутри оставался всё таким же романтиком. Тогда, во время русско-турецкой войны, всё казалось проще, лучше, доступнее. В молодости оно всё видится совсем по другому.

— Присаживайся Глафира, кофе тебе сейчас принесут. Извини электричество здесь отсутствует, поэтому все у нас по-старинке, вручную. - На стенах мраморной усыпальницы, висели шерстяные ковры. Турецкая софа и два мягких кресла удобно располагались вокруг круглого кофейного столика, явно восточной работы. - Я кофе не пью, не моё это, так что не обессудь, сама понимаешь. Издержки нынешнего существования тоже имеют место быть. Увы, ничего с этим уже не поделаешь.

Вампиреныш, исполнявший функции пажа, оставив дымящуюся турку на столике, испарился, только его и видели. В изящных тарелочках лежали соленые фисташки и печенье-крекер, сделанное по турецким рецептам с жареным миндалем. Чашечка мейсенского фарфора, в которой Глафире подали кофе, была настоящим произведением искусства.