Книга Путешествие в молодость, страница 61 – Эдуард Поляков, Мефодий Отсюдов

— Саныч, его бы к дохтуру, - услышал я голос Петровича. - У меня тут один как раз гостит. Судмедэксперт, правда. Но в консультации, думаю, не откажется.

— Думаешь? Может до утра и в платную клинику? Знаю я, как в районных полуклиниках лечат, - ворчал Саныч, нежно похлопывая меня по щекам.

— До утра протянем точно, потом прямиком к Ильичу на стол. А так, он его ещё тепленького осмотрит, может подскажет чего, - напирал участковый.

Перспектива осмотра и лечения меня судебно медицинским экспертом, к которому на прием по слухам только мёртвые попадают, меня совершенно не устраивала.

— Идите нахер, - сделал я попытку отмазаться от таких докторов. - Рано мне к эксперту этому. Лучше уж в поликлинику, - еле двигая разбитыми губами, прошептал я.

— Санёк! Братуха, живой! - обрадовался Саныч заключив мое вялое тело в теплые дружеские объятия.

От избытка чувств он даже покачивать меня начал. Как ребёнка.

Только зря он это сделал. Меня замутило. Да так. “Вертолеты” были те ещё.

— Да бл…., - попытался я рукой оттолкнуть друга.

Больше я ничего сказать не успел. Меня согнуло пополам. Блевал я долго. Желчью.

— Малой, гони ка ты, наверное, все-таки за дохтуром. Он в большом таком кирпичном доме квартируется. Там ещё в палисаднике три сосны растут. Скажешь, участковый срочно вызывает. Консультация нужна, - вздохнул местный Аниськин.

Чиж угукнул и стартанул в темноту летней ночи.

— Воды дайте, - простонал я, когда меня попустило. - И не трясите. Херово что-то. Траванулся, по ходу.

— Не траванулся, а скорее всего, сотряс у тебя, - ухмыльнулся Петрович. - Тебя Саныч в темноте за местного принял, ну и приложил малость. Понял, как на выручку к тебе летел? Зубы то все на месте?

— Так вот откуда привкус крови, - сплюнул я на землю. - Воды хоть дайте. Вкус - пиздец.

Вокруг меня что-то зашумело. А через минуту Санычу кто-то протянул, судя по звуку, полупустую пластиковую бутылку.

— Дохтор придет, посмотрит, а там и видно будет, - остановил Петрович фермерский порыв загладить вину и глотком воды облегчить мои страдания.

Уговоры не помогали. Участковый уперся и всё тут.

— Вот доктор глянет, а потом и попьет, и морду умоет, и в баньку сходит, и на сеновал к девкам отнесём. А до осмотра - ни-ни. Хер его знает, что там. Вдруг у него селезенка лопнула, - нагнетал Петрович. - Нахера мне на участке труп? Тем более, криминальный. Вот и пусть лежит, сопит и смиренно ждёт доктора.

— Так он же по трупам, вроде, спец, - попытался сострить я.

— Он про анатомию побольше твоего знает. А так, он весь криминал фиксирует. Так что и живых на приеме у него хватает. Ты, это. Не каркай и не умничай! Лежи себе смирно, а то точно на стол загремишь, - прикрикнул Петрович.

Перспектива была та ещё. Пришлось смириться, созерцать звезды и вспоминать Светкины выпуклости и представлять, как врываюсь в её впуклости.

Порелаксировать вдоволь мне не дали. Эксперт судебной медицины явился подозрительно быстро. Вопреки стереотипам - это оказался довольно юркий старичок с бородкой, тронутой легкой сединой. И хотя его дернули из объятий Морфея глубокой ночью, завидев знакомые лица, он заулыбался.

— Доброй ночи, Петрович, - приветствовал он участкового. - Что у тебя тут? Свеженький катаврик нарисовался? Так это мы сейчас с превеликим удовольствием его и осмотрим, пока остыть не успел. Или ты меня на констатацию вызвал?