Книга Записки из бронзового века, страница 20 – Мефодий Отсюдов

Даже название придумал – Гондурас. Почему так? Дык, по приколу.

Сколько мои владения занимали по площади – не заморачивался. Даже в шагах не мерил. И на глаз не прикидывал.

Одним словом – много! Даже очень. Такой огород я бы себе точно не хотел. Даже при наличии трактора!

Земли мои располагались в пойме реки. Точнее даже двух рек, протекавших с северной и с восточной сторон. С запада – длинный обрывистый уступ, переходивший в недостепь с чахлыми кустиками, оврагами и холмиками. А на юге снова уступ, на котором сплошной стеной стоял лес.

А самой высокой точкой в моих владениях был курган, на котором я в себя пришёл.

На нём-то я и сделал самое главное открытие.

Сравнив, то что вижу, и картинку из двадцать первого века, что ещё была свежа в памяти, пришёл к выводу, что на этих землях когда то был или, что более вероятно, появится мой родной город.

— Так что вы, уважаемый, как минимум на восемьсот лет в прошлое ухнулись. А скорее всего ещё дальше, – успокоил я себя и уже со спокойной душой внёс своё имя в попаданцы.

Были и другие интересные открытия.

Мой ручей впадал в огромное озеро. Там уток и гусей было…

Но эти сволочи, вреднее байбаков оказались – чуть что, сразу улетали. На зайцев, их тут тоже бесчисленное множество было, и то легче охотиться было.

Из плохих новостей – третьего дня выяснилось, что я не один в статусе хищника в Гондураских землях.

Дело как было.

Совершал я вечернюю прогулку по границе утёса и поймы и увидел в траве на опушке леса какое-то мельтешение. Затаился, присмотрелся и чуть кучу втрое выше себя не наложил.

Сначала подумал, что кутята в траве резвятся, а потом дошло, от какой собаки эти кутята. У нас этих серых родичей домашних кабыздохов санитарами леса звали.

Волчата это были.

А если есть молодёжь, то и мамка с папкой бегают где то. Этой ночью то я впервые и услышал волчий вой.

Страха натерпелся.

Они может и до этого выли, только я дрых без задних ног, слепо уверенный в своей безопасности.

Так что сегодня утром я впервые осмотрел свою хибару уже не как укрытие от дождя.

Ситуация оказалась полный швах – безопасность хромала на все четыре копыта. Решил обнести хату колючим забором с мощным КПП.

Полдня в поте лица, постоянно озираясь и шарахаясь от каждого шороха, лазил по окрестностям, выискивая подходящие жердины. Потом землю рыл, жерди напополам ломал и в ямки их прикапывал. А чтобы попрочнее было, меж собой всё гибкими ветками оплёл.

Натуральный плетень у меня получился. Правда, умучился, но оно того стоило.

Я даже ужинать не стал. Сил хватило только на то, чтобы завалить вход в свою лачугу остатками дрынов.

Приходили ночью ко мне волки или нет – не знаю. Я только на подстилку завалился, как меня тут же вырубило.

Проснулся я с первыми лучами солнца. Точнее, мочевой пузырь меня разбудил. А только на улицу выполз, как и желудок о себе напомнил.

Выбирая, что важнее – набить кишку или сделать ограду ещё повыше, решил совместить приятное с полезным.

— Схожу на охоту, а по пути кустарник какой-нибудь до одури колючий поищу, – решил я, разжигая костёр.

Вылазка удалась – и куст подходящий нашёл, и зайца завалил. Слегка заморил червячка и снова за работу. А как иначе? Сделаешь выбор в сторону обжиралова, сам в ужин превратишься.