Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 89 – Софья Ленская

— Поганый заклинатель! Я выпью тебя досуха!

Пасть лисы разомкнулась, она приблизилась к Сюэ Чжу, готовясь впиться в него острыми клыками.

Юн Шэнь собрался с силами и поднялся на ноги. Голова кружилась, а в ушах еще звенело. Перед его глазами комната, казалось, ходила ходуном. Падая на кости, он сильно ударился затылком. Он не сумел сделать и пары шагов, как ноги ослабели, и он упал на колени. До валяющегося на полу меча было не так далеко, нужно всего лишь дотянуться…

Стоило Юн Шэню коснуться рукояти меча, как руку обожгло пламенем. Этот клинок явно не желал подчиняться кому-то, кто не его хозяин, и с трудом поддавался. Юн Шэнь упрямо сжал рукоять. Опираясь на локоть, он приподнялся и кое-как вновь встал на ноги. Схватившись за меч уже двумя руками, он поднял его, направляя прямо в спину хули-цзин, и сделал два шага вперед. Острое лезвие, не встречая никаких препятствий, вонзилось в плоть. Лиса охнула и разжала хватку на шее Сюэ Чжу – тот сполз по стене на пол, заходясь кашлем.

Из раны брызнула мерзкая демоническая кровь, совсем не такая, как человеческая, – склизкая и обжигающая, черная как смоль.

— Нет, это сделал я, – сказал Юн Шэнь, вонзая меч глубже.

Горячая, как лава, ци побежала вниз по руке к мечу, заполняя его. Вмиг удерживать клинок стало легче, и Юн Шэнь, не без усилия, провернул его в плоти лисицы, выдавливая из нее хрип. Красные огни, выпущенные ею ранее, вдруг разгорелись с невиданной силой, все пространство озарилось алым светом. Хули-цзин медленно повернула голову, в ее желтых глазах застыло неверие. Из горла доносились лишь трудно разбираемые хрипы вперемешку с бульканьем, кровь пузырилась у ее рта. Юн Шэнь с силой вынул клинок из слабеющего тела хули-цзин.

Оставалось последнее.

Воздух вокруг будто раскалился, а Юн Шэнь почти что сам чувствовал, как дышит огнем. Было ли это из-за крови фэнхуана или из-за жара демонической крови – он не знал, но это придавало сил. Набрав в грудь воздуха и замахнувшись, Юн Шэнь единым движением отрубил хули-цзин голову. Разом хрип стих, а комната погрузилась во тьму, огни потухли вместе с жизнью демоницы. Ее голова с глухим стуком упала и покатилась по каменному полу. Юн Шэнь осел на колени, тяжело дыша. Меч вывалился из его рук.

— Теперь-то ты видишь, что я не демон? – пробормотал Юн Шэнь, поднимая затуманенный взгляд на юного заклинателя. Его мутило.

Сюэ Чжу сидел с широко распахнутыми от шока глазами, держась за горло. Юн Шэнь медленно моргнул. Он отдавал себе отчет, что совершил большую ошибку, вот так геройствуя. Тело Хэ Циюя явно не выдерживало перегрузок, и сейчас он чувствовал, как дрожат руки. В глазах потемнело. Он начал заваливаться вбок, но вовремя остановил себя от падения, выставив руку в сторону.

— Да кто ты такой? – изумленно просипел Сюэ Чжу, задавая тот же вопрос в третий раз. Он вжался в стену, не решаясь даже подобраться к собственному мечу.

— Не враг.

В лицо ему тут же прилетел желтый талисман, прицепившийся ко лбу. Небольшое количество ци в нем отдавало теплом. Юн Шэнь цыкнул и сорвал с себя клочок бумаги, на котором спешно и не слишком аккуратно киноварью были выведены символы печати искоренения зла… Не слишком верные символы.

— Прежде чем рисовать талисманы, их нужно выучить. У тебя шесть… нет, семь ошибок в начертании печати. Кого ты изгонять собрался? – нахмурившись, отчитал его Юн Шэнь, смяв бумажку в руках, отчего та мгновенно обратилась пеплом. – Не трать их попусту.