Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 99 – Эд Крокер

— Выпивка. – Одариваю капитана самой широкой из своих улыбок.

— Простите, не расслышал? – Отчуждение в его глазах сменяется растерянностью.

— Выпивка. Это то, в чем я силен. Я перепробовал все сорта люцской медовухи и пустынного вина, а также светопадских наливок тех времен, когда вампиры еще не добавляли в них кровь. Могу отличить аконитовый виски от виски на спиртах из Тенепада, – мне приходилось гробить дни, а иногда и недели, чтобы это доказать. Разумеется, в кровяных напитках я не спец. Но полагаю, тут действуют те же правила. Это просто напитки, хоть и испорченные красной жижей. Без обид.

— И все же звучит обидно, честно говоря.

— По существу, я хочу сказать, что, разбираясь в напитках, я кое-что понимаю и в пьяницах. Я знаю все их типы. Усталый путник, который на привале охотно примет на грудь что угодно. Осторожный выпивоха, проверяющий свои возможности, словно пробует вино впервые в жизни. Любитель посидеть в баре, который хлещет безо всякой причины просто потому, что это его жизнь – почему бы и нет? А еще есть ваш тип. Тот самый, к которому вы относитесь, наверное, уже несколько недель. – Я киваю на его кружку. – Пальцы напряжены. Взгляд затравленный. Спиртное льется рекой, но от него не пьянеешь. Знакомая картина? Вы пьяница, который чувствует вину, капитан. Полагаю, один ваш друг умер, и вы подозреваете, что приложили к этому руку, хоть и невольно. Так почему бы не открыться такому же, как вы? В лучшем случае это поможет исправить ситуацию. В худшем – у вас хотя бы немного наладится сон.

— Я хорошо сплю. – Капитан отводит взгляд.

— Пьете тоже хорошо?

Тенфолд задумывается. Его лицо больше не выглядит чересчур уверенным. Хорошую я толкнул речь, Мудрец бы мною гордился.

— С каких это кровавых кренделей я должен тебе доверять? – наконец произносит он, глядя на огонь в камине.

— Все просто. Если бы кто-то вознамерился причинить вам вред, разве он послал бы сюда такую колдовскую пьянь, как я?

— Ха! – Впервые за все время капитан расплывается в улыбке. – С этим не поспоришь.

Он смотрит на меня пристальным взглядом человека, жаждущего принять подарок, который, как он только что понял, до зарезу ему необходим. В какой-то миг мне кажется, что он попался, но затем на его лице вновь проступает недоверие, и я чувствую, что теряю его… святые тени, я его теряю… Затем он одним глотком допивает остатки эля, и лицедействующий Джейкоб, уже неотличимый от реального, аплодирует его жидкому мужеству. Воистину друг познается в пьяной нужде.

— Хорошо, – наконец изрекает он. – Расскажу все, что знаю. Не понимаю, какого черта ты добиваешься. Но гори все это дважды, ведь я его должник. Только предупреждаю. – Внезапно его взгляд трезвеет, он больно тычет в меня пальцем и выпячивает вперед стальной подбородок. – Если это каким-то боком – любым! – мне аукнется, я соберу парней, мы тебя найдем и отправим архимагу по кусочкам отдельными посылками, аккуратно завернутыми в твою пижонскую мантию. Представил?

— Довольно отчетливо, да.

Он вновь наполняет свою кружку, впервые замечает, что я сижу без выпивки, и кивает в сторону шкафа:

— Там есть алкоголь и без крови. У нас хорошая коллекция.

Я подхожу к шкафу, протягиваю руку и ощупываю гладкие боковины. В стекле отражается красная физиономия: таков я сейчас – не настоящий я, но, по-моему, очень похожий на себя прежнего. Того, который провел юность – первые несколько десятилетий жизни, – скитаясь от трактира к трактиру в Квантиле. Квантиль, родина квантасов, унылый город лишенных чародейских способностей колдунов, многие из которых решили: если Свет не даровал им при рождении магического таланта, то эту пустоту они заполнят выпивкой. В арсенале у окружающих и без того масса способов преуменьшить вашу значимость, но чтобы ваше собственное тело предоставляло им шикарную возможность в виде этой пустоты? На трезвую голову такое вынесет далеко не каждый. Мудрец нашел меня после того, как я практически был уничтожен некоторыми из этих зелий. И что теперь? Теперь я будто вновь возвращаюсь в худшую часть своей жизни, чтобы продолжить играть роль.