Книга Без образа и подобия. Рассказы, страница 3 – Роман Г. Артемьев

— Сердце рожденной в травах полнится печалью. Боюсь, нить замыслов сильномогучих слишком тонка для её неловких рук…

Оборотни недовольно засопели. Ступающая Мягко не выдержала искушения поиздеваться над мохнатыми сородичами и уже два часа делала вид, что не понимает, чего от нее хотят гости. Или правильнее сказать, просители? Кицуне традиционно считались лучшими собирателями слухов и сплетен, к ним часто обращались в поисках необходимой информации. Вампиры, горгульи, маги всех мастей, драконы, лесовики и многие другие расы приходили к лисицам с деньгами и вопросами, а уходили с пустыми кошельками и ответами. Даже сидхи иногда платили звонкой монетой за помощь в мире людей. Только оборотни не приходили никогда.

Кицуне и не стремились видеть детей Лунного Волка в числе своих клиентов. Слишком сильна была трещина между родственными народами, обида лисиц наталкивалась на презрение мохнатых. Учитывая разницу в боевых возможностях, обычной являлась ситуация, когда оборотни приходили и требовали информацию, деньги, разные услуги, а лисицы были вынуждены выполнять их требования. Обычный рэкет с необычными участниками. По старой привычке в сегодняшнем разговоре оборотни периодически порывались решить проблему привычным силовым способом, но вид высокой фигуры рядом со старейшиной всякий раз заставлял их одуматься. На неподвижном лице живыми казались только глаза, и их взгляд ничего хорошего гостям не сулил.

Про Максима, помощника главы клана, рассказывали разное. Слухи, сплетни, и ничего конкретного, никто не мог даже сказать, к какому роду принадлежит странный наемник. Оборотни даже не могли учуять его личного запаха, и это пугало больше всего. Сходились сплетники в одном – как боец Максим очень силен, не ниже мастера вампиров.

Вот и приходилось двум вожакам выбирать выражения, разговаривая с маленькой хитрой лисой. К концу второго часа их терпение истощилось окончательно.

— Чего непонятного? – прорычал Иван, вожак маленькой Приозерской стаи. – Где-то в Питере живет волк, его надо найти. Все!

— Совершенномудрые смеются над бедной лисицей. Выше ее разумения, как хозяин леса может желать жизни в большом городе? Быть может, он великий отшельник, умерщвляющий плоть? Почему высокорожденные не хотят позволить лицезреть сияющий облик подвижника, хотя бы в виде портрета? – Ступающая Мягко наконец перешла к делу и стала задавать осмысленные вопросы. – Образец запаха или ауры вознесли бы меня на вершину блаженства.

— Нет у нас ничего. Его в детстве украли.

— Раз так, не проще ли спросить могущественнейшего и благороднейшего Звенислав, дабы тот указал вам на живущего и, безусловно, благоденствующего на его земле одинокого сироты. Мастер города наверняка знает, где живет оборотень.

— Не знает он ничего. На волчонка наложили заклинание личины, он, небось, до сих пор считает себя человеком, – вмешался второй Иван, из Олонца. Глядя куда-то в сторону, он продолжил. – Заклятье полностью подавляет зверя, оборотня не отличить от человека даже по косвенным признакам. С детьми такое редко проделывают, выхода в тот раз не было. Волчонка прятали. А того, кто его прятал, убили. Мы его долго искали, месяц назад выяснили, что он здесь, в Петрограде.

— Кто же его ищет?