Книга Нейтралы, страница 239 – Роман Г. Артемьев

— Пройдём в кабинет, незачем говорить в прихожей, — сказала леди вместо приветствия.

Пока шли, заверил хозяйку, что нет, не голоден, хотя от чая не откажусь. Кабинет ничуть не изменился, всё то же помещение в светлых тонах и белая обивка кресел, заставляющая мысленно порадоваться за удачное перемещение. Не запачкался, как часто случалось поначалу.

— Итак, что у тебя случилось? – возясь в дальнем углу с чайником, спросила леди.

— На год старше меня учится Майкл Уиллоу. Сегодня он подошел ко мне…

Глава слушала короткий рассказ внимательно, не перебивая. Когда я замолчал, начала задавать вопросы. Что я знаю про семью Уиллоу? Насколько можно верить словам Майкла? Насколько серьёзен их конфликт с Маклаггеном, если таковой имеет место быть? Сколько именно денег они хотят, готовы ли торговаться? С сожалением признался, что добавить могу немногое.

— Недостаточно хорошо, Райли, — мягко пожурила меня леди. – Когда приходишь с важными сведениями, у тебя обязательно захотят узнать подробности. Будь готов отвечать на дополнительные вопросы.

— Я торопился, миледи, хотел поскорее передать вам предложение.

— Это правильно, — согласилась она. – Такие новости надо сообщать сразу. Ещё один источник лишним не будет. Меня смущает желание Министерства получить его себе.

— Насколько я понял со слов Уиллоу, инициатива исходит со стороны чиновника по фамилии Маклагген. У нас на Гриффиндоре учится один дурак, Кормак Маклагген, он хвастался, что его дядя дружит с Руфусом Скримджером.

— А Скримджер сейчас на коне, — задумчиво уточнила, не столько для меня, сколько для себя, глава. – Оппозицию в своём ведомстве подавил, люди Дамблдора и Крауча уволены или распиханы по ничего не значащим должностям. Штат Аврората увеличен, финансирование тоже выросло. Правда, новые кадры качеством не блещут, зато исполнительные.

— У меня складывается ощущение, словно Министерство делает, что хочет, и никто ему помешать не может, — признался я.

— Нет, что ты, — улыбнулась она. – Слишком явно нарушать собственные правила чиновники не могут. Им и магия не позволит, и общественное мнение. Просто сейчас в Министерстве не осталось оппозиции, вернее, она до недавнего времени была вполне лояльной частью общей структуры. А перед третьим этапом турнира группа Фаджа пошла на союз с аристократами и доска перевернулась, теперь на роль всеобщего врага назначен Дамблдор. Не самое умное решение.

— Почему?

— Потому что у лендлордов достаточно ресурсов, чтобы перетянуть одеяло на себя. Дамблдор, при всем его влиянии, не сумел бы контролировать Министерство целиком. Фадж скоро обнаружит, что в сложившемся союзе ему предназначена роль младшего партнера.

— Особенно если Неназываемый действительно возродился.

— Да разницы, в общем-то, никакой. Есть Томас Риддл, нет его – в любом случае зеленая партия попытается захватить власть. Перехватить рычаги управления, как сейчас говорят. Хотя знамя из него неплохое, признаю, — леди отпила чаю, задумавшись. – Что у вас, кстати, по поводу него говорят? Верят в его возрождение?

Пришел мой черед вздыхать.

— Хогвартс раскололся, миледи. Слизерин и дети министерских за Амбридж, гриффы и часть барсуков слушают Поттера, остальные нейтральны. Нейтралов с каждым днём становится меньше, потому что Амбридж теряет авторитет. Она занята чем угодно, только не преподаванием. Ученики ей мешают, она относится к нам, как к помехе, мы это видим. К тому же, сама по себе она тетка лицемерная, это при общении чувствуется.