Книга Нейтралы, страница 325 – Роман Г. Артемьев

Мысленно прикинув хронологию, я с Фливиком согласился. Вроде бы первый крестраж Неназываемый создал ещё в школе, в начале сороковых. Он великий окклюмент, но и биография у него бурная, и душа нарезана больше, чем на два куска. Крышей он потек в конце первой войны, то есть тридцать пять – сорок лет как раз и выходит.

— Тем не менее, профессор – мне совершенно не нужна популярность такого рода. Неизвестно, чем она может обернуться, особенно на фоне политических событий.

— Вы демонстрируете редкую для своего возраста разумность, мистер Стивенс, — покивал Флитвик. – Что же, если больше вам показать и сообщить нечего…? Тогда предлагаю покинуть это место. У меня внезапно появилось много незапланированной работы.

— С вашего позволения, сэр – что вы намерены делать теперь?

— Для начала поставлю в известность коллег, потом посмотрим. Если диадема окажется подлинной, попробуем найти способ очистить её от лишнего. Всё-таки реликвия Основательницы Рейвенкло!

— Разве осколок реально удалить из предмета? Мне казалось, это невозможно.

— Невозможного в магии не существует, мистер Стивенс. Я тоже не читал об успешных попытках, но я никогда не увлекался темными искусствами, поэтому имеет смысл посоветоваться со специалистами. Они, как вы понимаете, о тонкостях своего ремесла не распространяются.

Меня будто током дернуло. Кажется, я сотворил большую глупость.

С кем пойдёт советоваться Флитвик, кто в школе лучший спец по черноте? Профессор Северус Тобиас Снейп! Который вполне официально батрачит на обе стороны текущего конфликта и регулярно отчитывается Неназываемому о школьных новостях. Как поступит Темный Лорд, услышав, что его крестраж попал в руки профессоров? Фантазия буксует, но ничего хорошего точно.

— Могу я обратиться с просьбой, декан?

Палево, конечно. Но лучше пусть подозревает, что я о чем-то умолчал, чем подставляется сам и подставляет всех.

— Слушаю вас, мистер Стивенс.

— Мне кажется, не стоит привлекать профессора Снейпа к исследованию. Понятия не имею о его истинной роли, подозреваю, он сам вряд ли скажет, на кого работает. Просто через него информация может утечь Неназываемому, а тому, уверен, совершенно незачем знать о внутренних делах нашего Дома.

Взгляд Флитвика кольнул остротой.

— Вот как? – мы в молчании подошли к дверям, и только там он продолжил. – Профессор Снейп на чрезвычайно высоком уровне разбирается в темных искусствах. С другой стороны, его уровень занятости и без того высок. Я подумаю, мистер Стивенс.

— Благодарю, профессор.

Будем надеяться на лучшее. В конце концов, имя создателя крестража точно неизвестно. В книгах Роулинг им посчитали Неназываемого, только это ещё бабушка надвое сказала. Канон вообще все события сводил к противостоянию Мальчика и Лорда. У нас же – реальный мир, темных магов соответствующей квалификации всяко больше одного, так что запихнуть кусок души в диадему мог кто угодно.

Вряд ли Томас Риддл является первым магом, посчитавшим легендарный артефакт достойным стать вместилищем его частицы. Самомнение у темных ого-го, по прадеду знаю. Правда, поиски диадемы не увенчались успехом, поэтому некто изготовил точную копию и спрятал её в школе. Позднее её нашли домовики и, повинуясь своей причудливой логике, закинули на склад. Диадема ведь не фонит; пока её не начинаешь всерьёз проверять, она кажется простым слабо зачарованным украшением. Возможная версия? Да, вполне.