Книга Немая смерть, страница 170 – Роман Г. Артемьев

— Почему же не используем? Используем. Просто редко.

— Я не видела ни одного.

— Их сбили в самом начале войны. Узушио принадлежало двенадцать воздушных кораблей, крепких, надежных, вместительных — настоящие шедевры искусства фуин. Всех уничтожили. Сейчас в подчинении у Саске-сама есть парочка специализированных летающих лодок, но они предназначены для особых случаев и используются редко.

— Причина?

— Заметность. Никакие маскирующие печати не справятся с излучением, идущим от поднятого в воздух объекта. Вы не забывайте, Кушина-сан — у земли уровень сен-чакры намного выше, сенсорам работать сложнее, а вот в небе плотность помех не столь велика.

— И любой объект считается вражеским по умолчанию.

— Именно, — кивнул глава семьи. — Сбить воздушный корабль относительно просто, достаточно всего-то десятка человек, владеющих техниками Фуутона А-ранга. Или уметь создавать техники Катона с элементами искусственного разума, вроде того же Огненного Дракона. В то же время, строить корабли и долго, и дорого, и неэффективно.

— Потому что в соревновании брони и меча победу уверенно одерживает меч.

О гражданском использовании воздушных судов я даже не заикалась. Дело не в цене, тут вступали в действие соображения престижа и классового неравенства. Ни один даймё не допустит, чтобы кто-то посмел смотреть на него сверху. Во всех странах существовали указы, прямо предписывавшие казнить любого человека, осмелившегося посягнуть на право верховного правителя страны единолично общаться с небесами, исключений не делалось даже для членов правящей фамилии. Закон не распространялся только на шиноби и некоторых жрецов, да и то у последних были свои ограничения.

— Тем не менее, Кейтаро-сама, я рекомендую просчитать возможность воздушного маршрута, хотя бы частично. Да, наземный маршрут через страну Огня относительно безопасен, но только при условии лояльного отношения к нам руководства Конохи. В противном случае…

Продолжать я не стала. Мы оба понимали, что Хокаге и его ручные старейшины вряд ли обрадуются попытке Узушио сорваться с крючка.

— Чисто морской путь вы отбросили?

— Слишком много угрожающих факторов. Кири, Кумо, та же Коноха. В стране Огня хотя бы примерно представляешь, с какой стороны ждать угрозы.

— Действительно, — сухо усмехнулся Кейтаро-сама. — Хорошо, мы подумаем насчет постройки летающего судна. В конце-концов, иметь подобный инструмент не только престижно, но и работа ему найдётся. На что ещё мне следует обратить внимание в вашем докладе?

— На личности руководителя филиала в Гетсу.

До конечной точки нашего путешествия, портового города на берегу Хангури, мы добежали быстро. Генины не спрашивали, почему мы отправились туда, а не домой, им хватило сообщения, что мне в Гетсу надо по делам. Никаких опасностей по пути не встретилось, несчастных случаев не происходило, власти Хи-но-куни хорошо относились к Узумаки и препятствий нам не чинили. Сложности начались в самом филиале.

До меня не сразу дошло, что общаться с местным главой, Кеничи-сама, бесполезно. Надменный, напыщенный, тщеславный, он оказался полным чудаком на букву «м» и, пожалуй, больше о нём сказать нечего. Реально делами рулил его зам, очень толковый тип. Тем не менее, периодически в Кеничи-сама просыпалась жажда деятельности, он отвлекался от наложниц, вина, наркоты и начинал руководить. Последствия разгребали, судя по прозвучавшим легчайшим намекам, долго и всем коллективом.