Книга Немая смерть, страница 232 – Роман Г. Артемьев

Он напал, когда я открыла шестые врата, Кеймон. Хотя джинчуурики довольно ловко использовал преимущества своего положения — давление яки, окружившую его защитным коконом чакру и конечности, опасные даже прикосновением — уворачиваться от него оказалось… Не просто, нет. Легче, чем могло бы быть. При всей их опасности хвосты оказались не очень эффективным оружием (если не позволять ими себя касаться), их было слишком много и джинчуурики в них путался. Скорее всего, недавно освоил технику и не успел отработать. Поэтому я относительно спокойно открыла седьмые врата, Кьёмон, хладнокровно отметила, что использовать этот режим смогу в лучшем случае минуту, и приступила к выполнению плана.

Звучит парадоксально, но печать, удерживающую биджу Кумо и Кири внутри человеческого тела, изначально разработали Узумаки. Хаширама некогда убедил Узукаге продать секрет соседям, желая оттянуть начало Первой Войны. Иве не предлагали, Суна отказалась, у них свои разработки, причем в последней гакуре качество откровенно паршивое. Конечно, заполучив печать, соседушки постарались разобраться в ней и даже навертели чего-то своего, но основа осталась нашей.

Пытаться убить джинчуурики — безнадежно. Восьмихвостый по праву считается наиболее крепким из биджу, его защиту просто не пробить. Сковать тварь можно, отрубить кое-какие конечности в демонической форме можно, пустить кровь нельзя. Поэтому…

В первый раз за всю схватку подскакиваю к джинчуурики и бью кулаком по голове, точно по макушке. Руку обжигает, от ответной атаки приходится уходить диким пируэтом, и тем не менее тварь на мгновение замирает, оглушенная. Сигнал — и прятавшийся всё это время в укрытии клон использует Цепи Чакры, щедро расходуя вложенную энергию.

Одержимый скован и не может сопротивляться, счет идёт на мгновения, не более, но сколько-то времени на РАБОТУ у меня есть.

Покрытая зеленой аурой рука с тихим шипением вдавливается в окружающий джинчуурики покров огненной чакры. Не очень глубоко, насколько хватает силы. Чутьём, присущим любому Узумаки, пытаюсь найти вплавленную в человеческое тело печать и с тихим восторгом ощущаю — да, есть! Обычную фуин кто-то из правящей ветви почует метра за три-четыре и там же сможет активировать, если, конечно, обучен этому, но в случае с сильными шиноби ситуация иная. Их собственная чакра забивает испускаемые эманации структурированной чакры и требуется близкий контакт, желательно физический. С джинчуурики ещё сложнее, в режиме демона исходящая от них энергия растворяет вообще все фуин, кроме высших.

Сдерживающая печать как раз и принадлежит к высшим.

Зацепить её с первого раза не вышло, слишком глубоко и плотно сидит. Точно так же, как и со второго, и с третьего. Только с четвертой попытки, когда тварь уже сумела освободить один из хвостов, я отчаянным рывком продвинула руку вглубь на доли сантиметра и сумела-таки захватить тонкое невесомое переплетение невидимых нитей. Захватить — и потянуть на себя, разрывая.

Когда ладонь вышла наружу из алого кокона, на миг мне показалось, что мяса на ней нет вовсе. Ой, нет, всё не так плохо! Кожа действительно испарилась, равно как и часть мышц, но кое-что осталось и даже может шевелить пальцами. Впрочем, это было позднее, а тогда я просто взяла и посильнее пнула врага, отбрасывая его подальше, сама же торопливо побежала в противоположную сторону. Сейчас демон, увидевший дыру в тюрьме, полезет на свободу, и лучше бы не находиться рядом с ним в этот момент.