Книга Госпожа не-мертвых, страница 117 – Роман Г. Артемьев

— Поход всё-таки состоится, — жестко усмехнулась Селеста. — Приятно слышать. А Каменные Кости — это где?

Чтобы понимать Честу, требовалось разбираться в образах, которыми он мыслил. Он бы и рад помочь, ответить на вопросы, только его ответы ещё больше запутывали спрашивающих. Лишь те, у кого хватало времени и терпения, могли поддерживать беседу с пророком и переводить его реплики в приемлемый для обыденного сознания код. Госпожа, разумеется, принадлежала к их числу.

За разговором они провели полтора часа, тяжелых для обоих. Несмотря на опыт, Селеста с трудом расшифровывала речь спутника, в свою очередь тот напрягался, пытаясь вспомнить, как мыслил, существуя в одном «здесь и сейчас». Несколько раз Честа забывался или просто не находил нужных слов, тогда он передавал образы напрямую в сознание Госпожи. Кого другого этот способ общения свел бы с ума.

Несмотря на трудности, доставляемые талейской общине самим фактом своего существования, пользу Честа тоже приносил немалую. Он, во-первых, служил наглядным пособием тем вампирам, кто подумывал об освоении любых форм работы с временем. Не только прорицания, а вообще. Эти разделы путей считались закрытыми и после знакомства с Честой возмущенные соискатели понимали, почему. Многие отказывались от прежних планов и решали сосредоточиться на других, менее опасных. Во-вторых, смутный контур будущего, отдельные его элементы верхушка вампиров получала. Ни в коем случае не воспринимая пророчества как руководство к действию, они всё-таки получали отправные точки для анализа, что значительно облегчало планирование. Правда, следовало помнить, что шкала ценностей у Честы была своя, и то, что Госпожа считала важным, для него могло не значить вовсе ничего.

Кажется, в ближайшее время войны со смертными не предвиделось. Во всяком случае, такое впечатление создалось у Селесты. Перед предательством Зервана Честа пытался о чем-то предупредить свою госпожу, но не настаивал и в целом считал, что ничего серьёзного не произойдет, в конце концов всё кончится хорошо. Зато подземный дворец он эмоционально расхваливал, пытался давать советы по обустройству и даже взял обещание выделить ему отдельную комнату. Учитывая, насколько пророк избегал любого общества, требование неординарное.

Уходила от него Селеста слегка успокоенной, в очередной раз взяв обещание не убивать.

— Это их жизнь, Честа. Пусть сами решают. Захотят — уйдут, не захотят — будут терпеть. Ты не должен вмешиваться. Помогать не надо.

— Яблоки вырастают разными. Некоторые красные, а ещё есть гнилые.

— Гнилых не жалко. Только, пожалуйста, не попадайся.

Ресторан «Кукушкино перо» не относился к излюбленным Селестой, она посещала его всего один раз. Исключительно потому, что в нём тогда выступала труппа с другой стороны Доброго моря и вампиресса желала с ними пообщаться. Она в принципе собирала информацию о дальних странах, надеясь когда-нибудь если не навестить их, то хотя бы основать в них колонии. Ну и просто было интересно.

Внутри ресторан разделялся на два уровня, общий зал и галерею. Внизу сидела публика попроще и на помосте пели артисты, на втором этаже, куда вела отдельная лестница, предпочитали сверху наблюдать бурление жизни дворяне и богатые купцы. «Кукушкино перо» не являлось элитным заведением, но пользовалось хорошей репутацией благодаря вкусной кухне и приглашению талантливых исполнителей, зачастую из других стран. Вкус пищи Селеста оценить не могла, к музыке относилась в целом спокойно — не фальшивит певец, и ладно. Сюда она пришла только потому, что Медея очень настойчиво просила посмотреть на труппу, приехавшую из Барди. Ворожея, в свою очередь, получила наилучшие рекомендации от птенца, сейчас развлекавшейся в горных княжествах.