Книга Путь Наставника 2, страница 26 – Игорь Ан, Ярослав Мечников

Александр Савельевич сделал паузу.

— Так в чём проблема? — чуть удивлённо спросил Аркадий Петрович. — Способности есть?

— А как же! — гордо заявил Александр Савельевич.

— Значит, поступит и будет учиться.

— Я вот о чём хотел спросить. Может, поспособствуешь в стипендии?

Аркадий Петрович удивлённой взглянул на бывшего сокурсника.

— Стипендии?

— Именно! Сам же знаешь, как дорого нынче учить детей. А тут именная… на весь период обучения. Знаю же, что ты в комиссии после нового назначения. И твой голос самый значимый.

— Стипендии для тех, кто оплату не тянет. Их три всего. Для того и учреждены, чтобы простые… гражданские… видели, что заботимся мы о них, поддерживаем. А ты что? У тебя что денег нет сына отучить?

— Есть-нет… какая разница? Сумма немалая!

— Слушай, Александр Савельевич, я не стану. Дело не в том…

— Аркадий Петрович, ты подумай ещё. Дела я твои знаю. Просто не хочу копаться.

Сейчас голос Александра Савельевича резко приобрёл жёсткий оттенок. Из разухабистого, свойского, он превратился в голос забравшегося довольно высоко по чиновничьей лестнице человека, умеющего не только просить, но и указывать и угрожать.

— О чём ты говоришь?

Аркадий Петрович не собирался терпеть такое. Да, разбираться силой никто не станет, но так говорить с ним… Так, будто он… Аркадий Петрович стиснул зубы, отчего шрам белой неровной грядой выпятился на щеке.

— Успокойся. Никто ничего не говорит. Просто давай поможем, ты мне, я тебе.

— И снова, ты о чём?

— Слышал я, давеча, в комитете городских наград, что в качестве презента по вступлению в должность ты выбрал не квартиру на Светлом проспекте, не резиденцию на берегу реки, а дом. Маленький такой домик по весьма заурядному адресу… третий Сальный переулок номер восемь.

На лице Аркадия Петровича не дрогнул и мускул, лишь шрам выдавал напряжение, непроизвольно подёргивался.

Александр Савельевич перевёл взгляд на стену сбоку, где висели написанные маслом портреты деканов и ректоров училища. Среди них он выбрал один, с которого, хитро прищурившись, смотрел на него седовласый человек с волевым подбородком и сталью в серых глазах.

Аркадий Петрович проследил этот взгляд.

— И? Моё право, — произнёс он.

— Дом своего старого Наставника? Конечно! Кто ж спорит! Ты мог выбрать любой пустующий дом в этом городе. Проспект, набережная… всё что угодно. Но…

— Наставник всегда был для меня важным человеком, тебе ли не знать.

— Да! Я в курсе! И тебя он всегда выделял среди остальных. Не знаешь отчего?

Аркадий Петрович сжал зубы. Он знал, но всегда хотел об этом забыть. Социальный статус, с которым он пришёл на Стезю, всегда был его уязвимостью. И сейчас это урод, сидящий напротив, давил на больную мозоль. Давил, не стесняясь.

Но и он не собирался уступать. Не для того учился, не для того тренировался до кровавого пота. Недаром достиг больше, чем все эти богатенькие разгильдяи.

— Но дело сейчас вообще не в том, — усмехнулся Александр Савельевич. — А вот о чём.

Он покопался во внутреннем кармане тёплого сюртука и вынул оттуда сложенный вчетверо листок. Медленно развернул, положил на стол, пододвинул к Аркадию Петровичу, специально толкнув табличку с его именем, так, чтобы она развернулась боком.

Аркадий Петрович поправил табличку, взял бумагу.