Книга Пока длится ночь, страница 46 – Игорь Ан, Рита Русакова

Ветер не унимался. Стасу начало казаться, что высокие ноты складываются в неведомые жутковатые то ли слова, то ли причитания. Снова явственно раздался глухой «бо-о-ом», словно в небе ударили в огромный бубен.

Кристина стояла у самой воды, глядя в мечущиеся перед ней волны и вдруг запрокинула голову и с яростью завопила в небо: «Да что тебе надо?!» Её голос утонул в очередном порыве. Ветер на секунду затих, а потом рванул с такой силой, что сбил женщину с ног, Стас бросился вперед и успел подхватить Кристину. Её безумное лицо было мокрым, облепленным песком. Скривившийся в яростном крике рот перекошен. Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, но Стас крепко вцепился ей в одежду, не отпустил.

Удары раздавались уже со всех сторон, и Стас увидел, как разливается зеленоватое свечение в небе.

В его голове настойчиво крутилась одна и та же мысль: «Это не прекратится, пока мы не начнём говорить. Это не прекратится...». Мысль казалась чужой.

Стас вдруг подумал, что им нужно что-то понять, что-то очень важное. И это можно сделать, только рассказав всё. По-другому мозаику не сложить.

Он выпрямился, приняв очередной порыв ветра на себя, поднял Кристину и потянул за собой к костру. «Хватит! Пора поговорить! Плевать на бурю. Пусть нас тут хоть всех песком занесет. Если не поймем, что к чему, ничего не прекратится».

Проходя мимо бьющегося в судорогах чайника, прихватил его. Подумал, не зачерпнуть ли воды, но побоялся подходить близко к разбушевавшейся реке, да и вода, скорее всего, будет с песком.

Едва они вернулись к костру, воцарилась почти полная тишина, в которой сквозь редкие страшные удары небесного бубна слышался плач Вики.

— Куда делся ветер? — спросил Вася, выпрямляясь, но все ещё придерживая Соню и Вику.

Стас в ответ пожал плечами, помогая Кристине пройти в круг у костра.

— Подбрось дров, — попросил он Васю.

Поставил чайник рядом с костром, налил воды из бутылки, откопав присыпанный песком пластиковый сосуд. Кто-то воткнул в петлю ручки палку, заякорив бутылку на месте. Вася обложил чайник ветками. Они занялись моментально, и стало немного светлее. Вика вскочила, прильнула к Стасу, он обнял её, и она шепнула: «Не уходи больше, тут было очень страшно».

— Вы слышали? — произнесла Люба, — слышали бубен? Мне кажется, это с той стороны. Все повернули головы к реке, где на фоне тёмного неба проступали чёрные силуэты скал.

Словно в подтверждение её слов снова раздалось громкое «бо-о-ом».

С той стороны явственно доносились низкие глубокие удары. Будто скалы стали громадным сабвуфером, усиливая неведомую и страшную музыку. К ударам добавился низкий густой бас, тянущий одну бесконечную ноту. От этого голоса волосы на затылке Стаса встали дыбом, он весь подобрался, непроизвольно крепче прижав к себе Вику. Та слабо пискнула, он ослабил хватку.

Люба запричитала:

— Да что же это? Господи, господи, пожалуйста.

Соня истерически расхохоталась и рванулась к реке. Вася успел схватил её и прижал к себе, удерживая от безрассудного поступка, и она притихла. С поленницы сорвало плёнку, и остатки дров белели обглоданными костями, сложенные друг на дружку. Палатка Родиона сложилась и сейчас бесформенной грудой валялась, наполовину присыпанная песком. Опрокинулся столик с едой и посудой.