Книга Шанс для рода Шустовых. Том 1, страница 5 – Антон Кун, Игорь Ан

Мужик по инерции шагнул вперёд, и я с разворота ударил ногой ему в челюсть. Чуть не упал. Растяжки едва хватило. Да что же это такое?

Мужик, вопреки моим ожиданиям, не ушел в нокаут, а просто стал похож на меня, но с челюстью, свернутой на другой бок.

Второй замах уцелевшего противника отразить оказалось сложнее. Опытный соперник всегда видит, как действует боец и оперативно подстраивается. Так и тут. Удар пошёл не чисто сверху, а по косой. Отбить палкой такое почти невозможно.

Снова нырок под руку. Ох, чую в третий раз такое не пройдет. Незатейливо бью палкой по колену, и оно выворачивается под неправильным углом. Крик разрывает ночь, заглушая треск пламени. Остатка инерции хватает на слабый удар в пах. Мужик загибается и нарывается лицом на подставленное колено. Нос в кровавые сопли

Пропускаю удар от «кривой челюсти», в последний момент подставив палку. Дерево в щепки, зато сталь задерживается на мгновение. Мне его хватает, чтобы уйти в подсечку. Противник падает на живот на разбросанные вокруг сучковатые ветки. Не теряя вращения выталкиваюсь обеими ногами и в падении втрамбовываю лицо противника в землю. Кровь хлещет во все стороны. Из шеи «кривой челюсти» сбоку торчит ветка. Кажется, он порвал артерию.

Оглядываюсь на поднимающегося с земли мужика со сломанным носом. Беги, придурок! Но он упрямо поднимает саблю и идет в атаку. Успеваю подхватить оружие мертвеца и парирую выпад. Искры от удара стали о сталь.

Мужик машет бодро, несмотря на разбитое лицо. Фехтует, как по учебнику. Выпад, выпад, отход.

На одной ноге много не нашагаешься. Замечаю проблему и использую в свою пользу. Очередной батман и в пируэте, чуть присев, рассекаю рубаху в районе пояса вместе с мышцами.

Мужик удивленно смотрит на вываливающиеся внутренности и замертво падает лицом вниз.

Разгорячённый после боя осматриваюсь, вдруг ещё кто пожалует.

Вокруг никого. Только сильнее трещат ветки в костре.

Секунду раздумываю, не вытащить ли трупы из огня, но понимаю: будь там кто живой уже бы кричали. Не у всех же челюсти набекрень.

Я осмотрелся, в надежде понять, где нахожусь. Никаких намеков. На земле валяются три свежих трупа. На всякий случай, подошёл и перевернул первого лицом вверх. Так и есть в глазу торчит толстый обломок ветки. Повезло. Мне, а не ему.

Трупы одеты странно. Просторные рубахи подпоясаны. На ногах сапоги с коротким голенищем, кажется кожаные. Темные штаны, покрой незнакомый.

Надо бы вправить себе челюсть. Вдруг кого встречу. Не убивать же всех подряд, пока до врача не доберусь?

Мне не впервой править вывихи. Если вывих не сильный, то короткого тычка хватает, чтобы нижнечелюстной встал наместо.

Я переложил саблю в левую руку, не готовый оказаться безоружным. Правой без замаха ударил себе в челюсть и согнулся от боли. Пусть мне такое уже приходилось делать, ощущение не из приятных.

Попробовал пошевелить челюстью, но боль снова перекосила лицо.

Чуть отдышавшись, пробую вправить снова. На этот раз бью чуть сильнее. С характерным хрустом челюсть встает наместо.

— Я помню чудное мгновенье! — произношу во весь голос, не таясь. — Передо мной явилась ты!

Сзади в кустах раздаётся шорох и треск веток. Здесь есть кто-то ещё!

Я развернулся с саблей наголо. Готовый отразить любую атаку.