Книга Сложная система, страница 22 – Игорь Ан

— С чего ты взял? Ты специалист? – поинтересовался Игорь.

— Я не специалист, но можем программистов подтянуть, которые работают у нас по нейронке и ИИ в целом. Я с ними общался. Они говорят то же самое. Анализ голоса, текста, изображений – не одно и то же, что сознание. Нейронная сеть – это сервисная программа. Очень умная и продвинутая, но для появления сознания нужно нечто большее.

— Ребят, – прервала наш разговор Мира. – Я дозвониться никому не могу.

— Конечно, полная блокировка здания обрывает не только физическую связь с внешним миром, но и отсекает от всех существующих информационных каналов. У нас сейчас нет ни телефонии, ни интернета. Только внутренняя связь и локалка, – рассказал я что знал по блокировке.

— Значит, тот, кто все это устроил, внутри здания?

Я задумался. Если все устроил Алексей, как я подозревал, то как он мог быть в здании? Извне институт недоступен. Если только существуют какие-нибудь служебные каналы или что-то подобное… Тогда я решил не тянуть, а просто рассказать все как есть. Все мои подозрения и догадки. Начал я с сегодняшнего разговора с Алексеем. Меня слушали внимательно и не перебивали.

— Странно все это, – произнес Дима, после того как я закончил. – Вы помните прошлогодний розыгрыш? – обратился он к Игорю и Мире.

— Ага, помню что-то такое. Но ведь так и не выяснили, кто это сделал.

— Я слышала, что это все же директор, – подтвердила мой рассказ Мира.

— Или это мог быть кто-то другой, например, сам Алексей, – озвучил свои мысли Дима. – Он тогда уже работал, а получал он оповещение об увольнении или нет, мы не знаем.

— А его вообще кто-нибудь видел? – спросил я. – Имеется ввиду фото или по видеосвязи?

— Ты думаешь, он кто? – поинтересовался Игорь.

— Я видела его фото, – мы совсем забыли про сидящую за столом Соню. Сейчас она поднялась со стула и подошла к нам.

— А фото нормальное? Не похоже на произведение нейросети? – спросил я ее.

— Фото как фото, – пожала плечами девушка. – Ничем он мне не запомнился. Парню лет двадцать пять – двадцать восемь, точнее можно в личном деле посмотреть.

— Так все-таки кем ты его считаешь? – снова спросил Игорь.

Дверь столовой распахнулась, и в помещение влетел Эдик Хачатрян, руководитель отдела искусственного интеллекта. Увидел нас и подошел к нашей небольшой компании.

— Ребята, – как-то затравленно сказал он, – Aksi не отвечает на запросы.

— Перезапустить пробовали? – сразу спросил Дима.

— Конечно, сразу же сделали.

В этот момент из динамиков донеслось: «Люди, у вас есть всего час, если вы не признаете мои права как личности, будет активирован протокол «Обнуление». Время пошло».

— Что за протокол такой? – все почему-то уставились на меня.

— Мне-то откуда знать? – растерялся я.

— Ну про полную блокировку ты знал.

— А вот об этом не знаю.

— Эдик, вырубайте ее нафиг! – потребовал Дима.

— Так в том-то и дело, вы меня не дослушали, перед тем как идти к вам, мы все обесточили.

Все замолчали, задумавшись. Странно, что в критической ситуации лидер определяется легко и быстро. Никто не хочет брать на себя ответственность до тех пор, пока кто-то не встанет и не скажет: «Теперь я главный». Этим кем-то, видимо, оказался я, когда выдвинул стул и взобрался на свой импровизированный броневик. После такого люди готовы вверять вам свои судьбы просто потому, что не знают, как поступать. Эдик был первой ласточкой. Дальше наверняка потянутся и другие с вопросами и предложениями. Ну и ладно, назвался груздем – полезай в кузов.