Книга Три Царя, страница 428 – Игорь Маревский

— Сиенна.

Балдур открыл глаза, и тут же принялся жадно хватать ртом воздух. От увиденного он едва не потерял рассудок. Перед ним появилось лицо Миры. Прекрасные лаурэны были залиты кровью, как и всё её лицо. С щёк свисали лоскуты кожи, обнажая порванные мышцы. Она смотрела на него единственным глазом, а второй заплыл настолько, что она не могла его открыть.

Мужчина заметил, как её порванные губы едва зашевелились, и всё что она смогла произнести это одно, короткое — «Прости». Балдур опустил голову и заметил, как она сломанными пальцами, держалась за небольших размеров нож, что лезвием покоился в его груди. На удивление, он не чувствовал ни капли боли, лишь то, как его разум разрывался на части.

Смертельно уставшая и едва живая Мира, положила ладонь ему на щеку, оставляя кровавый след, потянулась для поцелуя. Женщина, закрыв глаза упала в его объятья, а нож вошел в грудь человека до кончика рукояти и попросту исчез. Балдур быстро огляделся. Комната была заполнена телами. Десятки, может даже сотня обезображенных тел, разобрать которые не представлялось возможным. В дальнем конце помещения сидела Дэйна, что держалась за бок и тяжело дышала, не в силах поднять головы. Ярик лежал без сознания, положив голову ей на колени, а сама воительница погрузила окровавленные пальцы в его рыжую копну.

От ужаса увиденного Балдур оторопел. Он почувствовал себя беспомощным, будто новорожденный птенец, и всё что ему хотелось, это кричать. Стервятник приподнял голову Миры, что едва открытым глазом, смотрела на него. Её взор постепенно погасал, но сама меридинка, казалось, выглядела спокойной. Она сделала то, для чего пришла и, наконец, покончила с этим раз и навсегда.

В один момент, весь отряд, да что уж там отряд, единственные друзья, умирали на его глазах. От этой мысли Балдур забился, как разъяренный в клетке зверь. Он бегал глазами, в поисках той жертвы, на которую изольёт свой гнев, как на вороте почувствовалась рука Миры. Она медленно подтянула его к своим губам, так как была не в силах поднять головы.

— Прости меня… — её шепот прервала выступившая изо рта кровь. — Я должна была… ради тебя, лю…

Стена взорвалась оглушительным взрывом. Балдур прижал к себе Миру и зажмурил глаза. Он ощутил, как помещение наполняется знакомым запахом, а нечто вырвало женщину из его рук. Когда он открыл глаза, то едва сумел схватить её за запястье.

Лико устало ждать. Каменный гигант расправлял затекшие вечным сном плечи, а мир перевернулся с ног на голову. В момент, Балдур едва успел схватиться одной рукой за колонну, а второй держать скатывающуюся вниз Миру. Они повисли, казалось, только на силе воли стервятника. Балдур хотел закричать, но все его силы уходили на меридинку. Он, крепко сжимая губы, беспомощно смотрел как Дэйна и Ярик, обмякшие, но всё еще живые скатывались по пологому полу и пропадали в зияющей дыре.

— Паскуда! — прорычал человек. — Мира, держу!

Красный ощутил, как её тело слабеет, а женщина медленно закрывала глаза, теряя сознание.

— Мира! — завопил сборщик.

Она на мгновение пришла в себя, и не в силах больше держаться, что-то беззвучно прошептала губами. В тот момент окровавленная рука соскользнула, и она отправилась вслед за Яриком и Дэйной, исчезая в клыкастой дыре.