Книга Проект: «Возмездие» Книга 9, страница 36 – Игорь Маревский

Баух рассказал, что это своего рода полная реконструкция на уровне ДНК, дабы соискатель извне не занёс какую-нибудь заразу в так называемый Рай на земле. Являлся ли он таковым на самом деле? Думаю, очень скоро сумею самостоятельно выяснить. Само обнуление меня не пугало, напрягало то, как будет проходить сам процесс. Однако доктор опять же заверил, что это, скорее, процедура очищения цепей и клеток, нежели полное разрушение и воссоздание заново. Буду надеяться, что это именно так.

Как бы то ни было, моё тело к этому готово. Ямидзава оказался достойным противником, и надо признать, что без новой способности Нейролинка мне пришлось бы совсем тяжело. Влияние напрямую на матричные импринты людей, разбирая их до молекул, открывало передо мной целый пласт возможностей. Складывалось ощущение, что я могу не только за секунду превратить человека в овощ, но и сделать так, что возвращаться в принтер будет нечему. К тому же, не стоит забывать, что, разлагая матричный импринт, я мог собрать его воедино, подкорректировав некоторые аспекты.

Возможно ли полностью изменить человека? Скажем, из кровожадного ублюдка, переквалифицировать в маленького розового пони? Ведь, в конечном счёте, речь шла о технологии и умении, которыми владела исключительно система напрямую через сеть принтеров. Лишь один этот факт вызывал у меня такое количество вопросов, что голова шла кругом. Не говоря уже о том, что эта способность в очередной раз подтверждала уникальность моего импланта. Думаю, наконец пришло время, чтобы получить на них ответы.

Открываю глаза и вижу, что на меня смотрят все присутствующие, кроме Фи и Трева. Их тела всё ещё лежали в ванночке и, судя по глазами Элли, пришло время. Я бросил взгляд на тело агента, на то, как медленно двигалась его грудная клетка, и на всякий случай запустил Нейролинк. Матричный импринт предстал передо мной как фрагментированный на несколько тонких слоёв носитель информации. Они дрожали, едва заметно шевелились, будто пытались собраться воедино, но, в целом, были достаточно разрознены, чтобы держать своего владельца в состоянии псевдонебытия. Значит, никуда он не денется.

— Мы пришли, как только услышали гро…— вбежав в бункер, воскликнула Фокс, а увидев обнажённое по пояс тело агента на столе, встревоженно поинтересовалась. — А это ещё кто такой?

— Погоди, — прищурившись вмешалась Седьмая, чьи фиолетовые наушники вновь оказались у неё на шее. — Я помню эту рожу. Это он убил Мышь!

— И пытался закончить начатое и убить Смертника, — ответила Элли, кивая в мою сторону. — Но, как видишь, у него это не получилось.

— Ты посмотри на весь этот хром! — продолжила Седьмая, прикасаясь к торчащим из-под кожи металлическим пластинам и проводам. — Это явно технологии Города, но как?

— Корпоративный агент, — я решил пояснить, чтобы не повторяться по десять раз. — Засланец корпорации Кокона, у него были со мной личные счёты, но уверен, что за ним стояли куда более могущественные люди. Сейчас это не имеет значения, — я повернулся к Элли. — Давай покончим с этим и перевернём эту страницу.

Все согласно кивнули, и мы, переодевшись в гидрокостюмы, погрузились в киберпространство.

Мир растянулся невиданными красотами. Я отсутствовал от силы полчаса, а он уже сумел настолько преобразиться, что едва походил на свою предыдущую версию. Треву удалось стабилизировать небо. Голубое, кристально чистое, без единого облачка, на которое, после серости Рубежей, можно было смотреть бесконечно.